Главная

Разделы


Психология личности
Общая психология
Возрастная психология
Практическая психология
Психиатрия
Клиническая психология

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 24      Главы: <   15.  16.  17.  18.  19.  20.  21.  22.  23.  24.

    10. Наведение гипноза: конкретные техники

    Первый вопрос, который задают большинство обучающихся гипнотерапии — “Что именно вы говорите пациенту, чтобы вызвать у него гипнотическое состояние?”. Следует понять, что не существует единственно верных или самых лучших слов. Не существует универсального сценария. Если гипнотизер в общих чертах знает, что должно произойти, и понимает свою роль в этом процессе, он автоматически будет поступать правильно. Естественно, так же как и преподаватель, в первый раз оказывающийся в такой роли, гипнотизер вначале может нервничать, быть иногда неловким и действовать неэффективно, но по мере обретения опыта и получения обратной связи от пациентов он постепенно овладевает мастерством процесса гипноза и сможет применять его своим собственным, индивидуально неповторимым образом.

    Эриксоновская техника наведения транса или, говоря более точно, техника, помогающая пациенту войти в транс, является результатом предложенного Эриксоном нового понимания гипнотического процесса и его отношения к роли в этом процессе гипнотизера и субъекта. Материалы, собранные в настоящей главе, дают возможность взглянуть на синтез этих двух компонентов гипнотической техники Эриксона, показывая, что нет и не может быть точных предписаний, что именно необходимо говорить или делать для вызывания гипнотического транса. Существует только лишь общее описание того, что способствует возникновению различных стадий гипнотического наведения.

    Помните о своих целях и роли

    В следующем разделе предлагаются цитаты, которые представляют собой эклектическую смесь, дающую общую информацию и представление о процессе наведения гипноза. Мы приводим здесь эти высказывания Эриксона, чтобы попытаться ответить на наиболее типичные вопросы, опровергнуть некоторые распространенные ошибки и еще раз подчеркнуть специфику роли гипнотизера и его целей. Начиная сеанс гипноза, необходимо помнить о рекомендациях Эриксона.

    В своей экспериментальной работе я пришел к выводу, что любые лекарственные препараты являются лишь препятствием для гипнотерапии, поскольку в этом случае вместо того, чтобы работать непосредственно с пациентом, вы работаете с последствиями действия лекарств, и это вам мешает. Единственное лекарство, которое я признаю, — рюмка виски, которую вы можете выпить за полчаса до прихода пациента.

    (ASCH, 1980, Запись лекции, 8.08.1964)

    Единственное, что вам необходимо от пациента во время гипноза, — чтобы он адекватно реагировал на идеи. Задача состоит в том, чтобы научиться обращаться к пациенту, говорить с ним, привлечь его внимание и сделать так, чтобы он был открыт к принятию любых идей, соответствующих данной ситуации.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 42)

    Мне не нравится, когда пациенту начинают говорить: “Я бы хотел, чтобы вы почувствовали себя все более усталым и сонным, все более и более сонным...” Это просто попытки навязать пациенту ваши собственные желания. Это попытка доминировать над пациентом. Поэтому лучше говорить им, что они могут почувствовать усталость, могут почувствовать сонливость и могут погрузиться в транс.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 4)

    Гипнотическое состояние не возникает от простого повторения каких-либо слов. Оно может проявиться, если вы стимулируете у своих пациентов способность принимать те или иные идеи и реагировать на них.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 43)

    Избегайте повторения очевидного. Когда пациент и психотерапевт достигают взаимного понимания того, что необходимо делать, всякие повторения вызовут лишь утомление и чувство скуки [1958].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 7, p. 176)

    Эффективность гипноза, как при работе с детьми, так и со взрослыми, зависит от готовности применять простые и приятные стимулы, вызывающие в повседневной жизни нормальное поведение, доставляющее приятные ощущения [1958].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 15, p. 175)

    Гипнотическая техника дает субъекту определенный стимул, который затем может быть преобразован им в необходимый гипнотический опыт.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 183)

    Вы берете опыт, уже имеющийся у человека, и используете его иным образом.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 7)

    Важна та манера, в которой вы предлагаете пациенту внушение.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 3)

    Вам не надо знать, что такое гипноз. Единственное, что вам надо знать, — это то, как устроено мышление людей. Вы говорите им нечто, и они вынуждены думать тем или иным образом.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 217)

    Сосредоточение внимания

    В обычном состоянии сознания внимание постоянно перескакивает от одной вещи на другую и сосредоточено на разных вещах. Для гипноза же характерно сосредоточение внимания. Первейшая задача гипнотизера — сделать или сказать нечто, фиксирующее внимание субъекта или его заинтересованность. Все способы сделать это зависят от конкретных особенностей данного субъекта и ситуации. Некоторые люди могут достаточно хорошо сосредоточить внимание, если им просто предложить сделать это, но для большинства задача успокоить свое постоянно перескакивающее с одного на другое сознание оказывается не такой простой, даже если человек будет пристально смотреть на какой-то предмет. Все мы из собственного опыта и из наблюдений за другими знаем, что бывают специфические события, которые могут привлекать и фиксировать на себе внимание даже при наличии многих других отвлекающих моментов. Эриксон при наведении гипноза использовал такие события, способные фиксировать внимание пациента. Приводимые ниже примеры можно считать полезными советами, но очевидно, что каждому гипнотерапевту необходимо разработать свой собственный набор стимулов, привлекающих внимание пациента, а также тщательно наблюдать за поведением субъекта, чтобы выяснить, какие именно события обычно способны привлечь его внимание. Затем, в качеств первого шага в наведении, гипнотизер делает что-то определенное или произносит какие-то слова, приводящие к тому, что внимание субъекта сосредоточивается исключительно на психотерапевте.

    При психотерапевтическом использовании гипноза необходимо прежде всего учитывать потребность пациента в определенных выражениях и представлениях. Затем, используя его собственный способ представления своей проблемы, внимание пациента фиксируется на его внутренних процессах. Это делается с помощью как бы случайных, но в то же время искренних замечаний психотерапевта. Они имеют, казалось бы, чисто объяснительный характер, но на самом деле служат для того, чтобы стимулировать большое количество внутренних паттернов психологического функционирования пациента так, чтобы он разрешал свою проблему с помощью либо ранее приобретенного научения, либо того, которое он получает в процессе гипнотерапии [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 13, p. 330)

    Необходимо вербализовать причины и силы, мешающие узнать больше о гипнотическом трансе. Таких сил довольно много — это все, что привлекает к себе внимание пациента.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 238)

    Процедура наведения всего лишь создает обстановку, способствующую возникновению гипнотического состояния; она предоставляет определенный период времени, кроме того, она предлагает субъекту различные отвлекающие факторы, поглощающие его внимание во время сеанса гипноза [1962].

    (Erickson, 1980, Vol. II, 33, p. 349)

    При исследовании техник гипноза нельзя забывать, что все они — лишь разные способы привлечь внимание субъекта. Мы не должны забывать о действительной цели этих техник, несмотря на все возможные их вариации [1960].

    (Erickson, 1980, Vol. II, 31, p. 325)

    Техники, столь эффективно применимые к различным пациентам, в сущности, служат лишь фиксации их внимания, помещая субъектов в ситуацию, когда они извлекают из слов гипнотизера определенное значение, соответствующее паттернам мышления и понимания данного пациента, их эмоциям и желаниям, воспоминаниям, идеям, полученному ранее опыту научения и паттернами реагирования на стимулы. Фактически автор этих строк не инструктирует пациентов [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 13, p. 329)

    Помня о своих действительных намерениях, автор случайно и непреднамеренно (или, по крайней мере, создавая впечатление непреднамеренности) предлагал пациенту ряд имеющих отношение к делу идей таким образом, который тщательно рассчитан для того, чтобы сконцентрировать внимание субъекта, а не просто способствовать фиксации взгляда или сохранению специфического мышечного состояния [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 13, p. 328)

    Я должен по мере возможности осознавать различные эмоциональные состояния пациента, направлять их и использовать так, чтобы внимание субъекта было направлено на меня, а не на что-либо иное [1966].

    (Erickson, 1980, Vol. II, 34, p. 351)

    Его интерес достиг высшей точки, а внимание было сфокусировано.

    (Erickson & Rossi, 1975, p. 146)

    После того, как внимание субъекта было сосредоточено, использовалась гипнотическая техника [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 13, p. 300)

    Часто это применялось для фиксации внимания трудных пациентов, чтобы отвлечь их от создания затруднений, мешающих психотерапии [1966].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 28, p. 262)

    Сеанс гипноза начинается с первых слов, обращенных к пациенту, углубляясь по мере того, как пациент направляет свой интерес и внимание на каждое из последующих событий, ведущих к психотерапевтическому разрешению его проблемы [1958].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 15, p. 179)

    Когда вы говорите что-либо индивиду, дайте ему понять, что обращаетесь именно к нему. Это можно сделать с помощью выражения лица, взгляда, тона голоса или с помощью жестов. Любыми способами вам необходимо овладеть вниманием пациента.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 208)

    Обычно я использую мягкий тон голоса, так как он больше привлекает внимание пациента.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 208)

    Использование слов “черт возьми” полностью привлекло ее внимание [1958].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 7, p. 174)

    Важна непрерывность опыта; не просто отдельные ласковые прикосновения, а постоянная стимуляция позволяет ребенку, сколь бы слабой ни была у него концентрация внимания, проявить длительную ответную реакцию на стимул. Это же происходит и во время гипноза, как у взрослых пациентов, так и у детей... Имеется потребность в непрерывных, вызывающих ответную реакцию стимулах, ориентированных на достижение общих целей [1958].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 15, p. 175)

    Пациентке выразительно говорилось, что она может делать именно то, что хочет. Это сопровождалось повторяющимися, тщательно сформулированными внушениями, дававшимися пациентке мягко и настойчиво, привлекая ее внимание, что способствовало возникновению пассивного состояния восприимчивости, явившегося признаком легкого гипнотиче­ского транса [1938].

    (Erickson, 1980, Vol. III, 17, p. 160)

    Пациенту давались тщательно разработанные инструкции, которые должны были вызвать у него чувство покоя и заинтересованность в том, что говорил гипнотерапевт.

    (Erickson, 1954c, p. 268)

    Росси: Вы обнаруживаете у человека область, интересующую его. В этой области у него имеются сильные программы, сформировавшиеся на протяжении жизни. И вы сосредоточиваетесь на них для того, чтобы вызвать гипнотический транс.

    Эриксон: Да, все это действительно так.

    Росси: Но как вам удается настолько привлечь внимание ваших пациентов, что транс у них возникает столь легко?

    Эриксон: За счет того, что я фиксирую их внимание на чем-то одном.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 369)

    Пациенты заинтересованы, и это заставляет меня полагать, что их можно ввести в транс. Я просто использую их интерес, не придерживаясь формальной процедуры индуцирования транса.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 367)

    Росси: Как вам удается использовать их интерес? Вы направляете его к внутреннему миру субъекта?

    Эриксон: Да. А затем я сопровождаю их.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 368)

    Я стремлюсь привлечь внимание пациентов, а затем вызываю у них сомнение в том, что они должны думать или делать в данной конкретной ситуации. В результате пациенты становятся восприимчивыми к любому внушению, которое будет соответствовать данной ситуации.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 42)

    Вопросы сосредоточивают внимание и вызывают неизбежные мысли и ассоциации.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 194)

    Вопрос “Как вы это делаете”? вводит пациента в мир собственных мыслей.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 185)

    С помощью этого вопроса я изменяю фокусировку внимания паци­ентки.

    (Erickson & Rossi, 1976, p. 153)

    Когда вы гипнотизируете пациентов, вы предлагаете им сосредоточивать внимание на определенных идеях или элементах реальности, имеющих отношение к данной ситуации. Сужая свое внимание до пределов конкретной задачи, пациент сосредоточивает внимание на вас [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. III, 4, p. 29)

    Каждой пациентке были даны инструкции входить в глубокий транс, рассматривая и оценивая истинность всех упоминаемых проявлений реальности, так же как и элементов субъективного опыта... В результате у пациентов постепенно сужалось поле сознания, соответственно возрастала и зависимость от гипнотизера [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 8, p. 187)

    Отвлечение внимания от реальности

    Когда внимание пациента сосредоточено, оно должно быть отвлечено от событий внешней реальности и направлено на гипнотизера (если внимание изначально не фиксировалось на нем). Действия гипнотизера или его голос — единственные внешние стимулы, которые должны входить в поле сознания субъекта в этот момент. Может возникнуть необходимость успокоить пациента, сказав ему, что он может продолжать сосредоточивать внимание на том, что происходит вокруг него. Однако не следует делать этого специально. Утрата контакта с внешним миром может вызвать затруднения, приводя к чувству беспокойства и попыткам восстановить этот контакт, если субъекта в этот момент не успокоить. Поскольку создание атмосферы взаимного доверия и сотрудничества способствует такой отстраненности, его можно считать первым шагом при осуществлении наведения.

    Когда субъект полностью сосредоточивает свое внимание на чем-то одном, у него автоматически понижается степень восприятия окружающей реальности. Понимание этого естественного последствия высокой концентрации внимания позволяет ускорить процесс наведения за счет того, что отпадает необходимость говорить или делать для ослабления восприятия субъектом реальности. Стимул, использовавшийся для сосредоточения внимания, может использоваться и для того, чтобы отвлечь это сфокусированное внимание от внешних событий. Гипнотизер может просто отмечать факт утраты контакта с реальностью как признак возникновения транса, не внушая этого непосредственно. А для субъекта это может быть весьма впечатляющим подтверждением возникновения транса.

    У вас нет необходимости тратить умственную энергию на восприятие внешней реальности.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 243)

    Я бы хотел, чтобы ваше внимание было направлено только на меня.

    (Erickson & Lustig, 1975, Vol. I, p. 5)

    Она находилась в своего рода вакууме, воспринимая только мой голос в той мере, в какой я был в этом заинтересован.

    (Zeig, 1980, p. 182)

    Многочисленные исследования показали, что тщательно сформулированные внушения, подчеркивающие доступность внешней реальности и повышающие субъективный комфорт, могут углублять транс [1965].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 3, p. 91)

    Я изменял интонацию голоса и, постепенно наклоняясь к пациентке, привлекал таким образом ее внимание к моему голосу... Поэтому она могла погружаться все глубже и глубже и отдаляться от меня все дальше и дальше, тем не менее сохраняя со мной тесный контакт. Уходя все глубже в транс, она отдалялась от меня и от внешней реальности. Поэтому я наклонялся к ней все ближе и ближе.

    (Zeig, 1980, p. 305)

    Вы предлагаете пациенту в определенной степени утратить контакт с реальностью. Точнее, вы предлагаете ему изменить характер этого контакта.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 132)

    Если пациент удобно сядет на стул и закроет глаза, направив свое внимание на то, чтобы слушать мой голос, зрение не будет отвлекать его.

    (ASCH, 1980, Запись лекции, 16. 07. 1965)

    Большинство из тех, кто работает с гипнозом, не знают, что если субъект закроет глаза, он отключит поле зрительного восприятия и действительно утратит нечто, хотя сам он при этом может не осознавать, что именно он утратит. Он будет думать, что просто закрыл глаза.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 107)

    Направляйте внимание вовнутрь

    Гипнотический транс возникает по мере того, как внимание пациента сосредоточивается и отвлекается от внешних событий, смещаясь к фокусировке на определенных внутренних переживаниях. При этом не имеет особого значения, происходит ли такое перемещение ко внутренней фокусировке внимания поэтапно или же более быстрым, скачкообразным образом. Резкая переориентация на внутренний опыт может полностью поглотить внимание пациента, что будет приводить к достижению того же самого результата, что и постепенный переход от фиксации внимания на внешних событиях ко внутренним состояниям. Просто в первом случае это происходит легче и быстрее.

    Как уже отмечалось ранее, большинство людей входят в легкий транс (или в состояние задумчивости) и выходят из него по несколько раз в день. Определенные внутренние ощущения, мысли, воспоминания или образы на некоторое время привлекают к себе внимание, а осознавание окружающего мира ослабевает. Наведение гипноза осуществляется с использованием этого естественного процесса. Поэтому гипнотизер заинтересован в том, чтобы помочь субъекту сосредоточить свое внимание на происходящем внутри — на физических ощущениях, воспоминаниях, эмоциях, мыслях или образах. При этом гипнотизер может говорить или делать что-либо, что вызывает возникновение захватывающего внутреннего события, заранее зная о том, что оно автоматически привлечет внимание субъекта. В ином случае пациенту может быть предложено направить внимание на внутренние события, которые он сам вызвал, либо являющиеся естественным следствием состояния релаксации — например, чувство тяжести или сонливости.

    Использование внутреннего события в качестве первоначального фокуса для сосредоточения внимания ускоряет процесс наведения гипноза и даже может усиливать способность данного субъекта к адекватному реагированию. Эриксон обнаружил, что сосредоточение внимания на воображаемом звуке или зрительном образе является гораздо более эффективным способом наведения гипноза, чем сосредоточение на реальном звуке или зрительном стимуле.

    Может быть, именно по этой причине большое количество гипнотических сеансов Эриксон начинал с инициирования события, которое сосредоточивало бы внимание пациента на внутренних переживаниях. Большая часть приводимых далее цитат представляют собой комментарии Эриксона по поводу различных техник, которые он разработал именно для этого. Трудно переоценить значение этих высказываний для гипнотерапевта, поскольку любые техники, используемые для внутренней фокусировки сознания с целью наведения также могут быть использованы для углубления транса, для переориентации внимания на важные проблемы после того, как транс наведен, и для стимулирования гипнотической реакции, подтверждающей субъекту наличие гипнотического транса и обучающей его более эффективному использованию своего гипнотического потенциала.

    Некоторые субъекты способны переориентировать внимание на внутренние процессы, если им просто предложить сделать это, дав соответствующие инструкции, что может объяснять относительный успех стандартизированной авторитарной процедуры наведения. Однако большинство людей нуждаются для этого в помощи, в чем и заключается цель и ответственность гипнотизера.

    Пользующийся доверием пациента гипнотизер может постепенно, повторно и убедительно внушать пациенту чувство усталости и расслабленности, желание закрыть глаза, утрату интереса к внешней реальности и все большее погружение во внутренние переживания, пока субъект не начнет адекватно функционировать на бессознательном у­ро­вне.

    (Erickson, 1970, p. 995)

    Существует много способов наведения транса. При этом вы прежде всего предлагаете пациенту направить свое внимание на какую-то одну идею. Его внимание фиксируется на обретенном ранее научении, и это позволяет пациенту сосредоточиться на внутренних процессах. Так, транс можно вызвать, просто направив внимание индивида на его внутренние процессы, воспоминания, идеи и представления. Требуется всего лишь направить внимание пациента на эти внутренние процессы [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. III, 4, p. 29)

    “Техника утилизации” состоит в использовании всех проявлений внутреннего мира пациента, а также возникающего на основе этого поведения. Все это применяется (англ. “utilize”) в процедуре наведения [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 8, p. 182)

    Пациентка не поняла, что, предлагая ей обратить внимание на внутренние процессы, я фактически просил ее войти в гипнотический транс. Это объясняется тем, что при обращении к своим внутренним процессам она автоматически отвлекалась от внешнего мира и степень осознавания при этом уменьшалась — можно сказать, что ее поле осознавания сужалось.

    (ASCH, 1980, Запись лекции, 2.02.1966)

    Мой голос, звучащий где-то на фоне происходящего, оказывается именно там, где мне это необходимо. Он создает фон для переживаний пациентки, находящихся в данный момент в фокусе ее внимания.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 291)

    Все эти вещи происходят в теле пациентки, и когда я ограничиваю поле ее внимания тем, что происходит у нее внутри, влияние всех внешних помех снижается. Напоминая пациентке, что ей необходимо “просто переживать” происходящее, я обращаю ее внимание к собственной истории. Я способствую проявлению воспоминаний о личной истории, которая ей известна и которую она не может опровергнуть.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 31)

    Прежде всего необходимо сделать акцент на внутренних, интрапсихических проявлениях поведения субъекта, а не на его взаимоотношениях с внешним миром [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 140)

    Росси: Иными словами, вы бы хотели, чтобы пациент не просто пассивно сидел перед вами, а был активен в своем внутреннем мире.

    Эриксон: Да, это действительно так.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 244)

    “Как бы вы описали отличия между перевернутой вверх ногами девяткой и шестеркой?” После такого интригующего вопроса субъект уже не может думать ни о чем другом. Так я фокусирую его внимание на внутренних переживаниях.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 186)

    Я заманил ее в ловушку, заставив перевести мысли на внутренние процессы.

    (Zeig, 1980, p. 327)

    “Обращайте внимание на воспоминания” — это ведь тоже внутренняя реальность, а не внешняя.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 200)

    Искусство углубления транса вовсе не заключается в том, чтобы предлагать пациенту погружаться глубже и глубже, оно заключается в том, чтобы мягко давать минимальные внушения, так, чтобы пациент уделял все больше и больше внимания процессам, происходящим внутри себя, и за счет этого все глубже погружался в транс.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 44)

    Субъект начал исследовать свой ум. Это как раз то, что я от него хотел.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 184)

    Принципиально важный момент состоит в том, что пациенту необходимо направлять свое внимание не на меня, а на свои собственные мысли — в особенности на те, которые появляются внезапно, — а также на то, в какой последовательности эти мысли возникают в его уме.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 5)

    Важно вызывать у пациента зрительные образы, относящиеся к полученному эмпирическим путем научению и способствующие возникновению внутри субъекта, вне зависимости от внешней среды, ряда ответных реакций, приводящих к погружению в транс (примерно 40-е годы).

    (Erickson, 1980, Vol. I, 11, p. 292)

    Легче иметь дело с образами, уже существующими в уме человека. Этих образов очень много, и субъект может плавно переходить от одного к другому, продолжая при этом быть вовлеченным в текущую си­туацию.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 8)

    Хотя некоторые внешние вещи не представляют ценности для субъекта, внутренние образы всегда будут для него ценными.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 8)

    Использование идеомоторной реакции

    Если направить внимание на воображаемый звук, картину или предмет, это может оказаться весьма эффективным способом фокусировки внимания на внутренних событиях, но возникновение непроизвольных идеомоторных реакций может полностью привлечь интерес и внимание субъекта. Люди не привыкли наблюдать за непроизвольными движениями конечностей, хотя они и происходят постоянно. В результате, когда гипнотизер создает ситуацию, стимулирующую идеомоторную реакцию, это обычно вызывает у субъекта недоумение и поглощенность происходящим. Помимо сосредоточения на внутреннем опыте, возникновение идеомоторной реакции может рассеивать сомнения пациентов, убеждая их в своей способности реагировать на гипнотическое внушение.

    Читатели, желающие изучить конкретные техники, вызывающие идеомоторные движения и каталепсию, отсылаются к II и III частям книги Эриксона и Росси “Опыт гипноза” (Erickson & Rossi. Experiencing Hypnosis. Irvington Publishers, 1981), где этот вопрос обсуждается подробно.

    Транс может быть вызван как у неискушенных, так и у весьма опытных субъектов с помощью техник, основанных на (1) визуализации двигательной активности, — например, левитации руки, — или же на представлении самого себя, поднимающегося или опускающегося по длинной лестнице, а также (2) с помощью “воспоминаний об ощущениях в теле, мышцах и суставах”, возникающих при различных формах двигательной активности [1961].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 5, p. 137—138)

    Становится все более очевидным, что эффективность многих техник наведения транса, считающихся по своей сути различными, основана на использовании идеомоторной двигательной активности, а вовсе не на различиях в процедурах наведения, как это иногда наивно описывалось [1961].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 5, p. 135—136)

    Когда психотерапевт начинает вызывать отдельные гипнотические феномены, это оказывается прекрасной техникой наведения транса, и такой способ можно было бы использовать гораздо чаще [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 13, p. 308)

    Возникновение одной гипнотической реакции легко может приводить к другим — например, каталепсии или расширению зрачков, — после чего может даваться полный набор внушений, обеспечивающий возникновение и поддержание глубокого транса [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 289)

    Независимо от интенсивности реакции, одновременно с возникновением левитации развивается транс [1961].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 5, p. 138)

    Принципиально важным моментом при использовании идеомоторных техник является не тщательность разработанности данных техник и не их новизна, а сам по себе факт двигательной активности — реальной или воображаемой — как средства фиксации внимания субъекта на внутреннем опыте научения и на своих способностях [1961].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 5, p. 138)

    Для обеспечения активного участия в гипнотической процедуре пациенту вначале даются внушения левитации руки [1945].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 3, p. 31)

    Когда возникает идеомоторная реакция, она может быть использована без промедления [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 13, p. 309)

    В действительности важно не то, поднимается ли ваша рука, давит ли она вниз или остается неподвижной; имеет значение лишь ваша способность воспринимать любые ощущения, возникающие в руке [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 154)

    Рука пациента используется по той причине, что в состоянии пассивного ожидания идея двигательной активности легче всего ассоциируется у субъекта с рукой, так как это меньше всего нарушает общую физическую пассивность. К тому же, каждый человек имеет большой, накопленный на протяжении всей жизни опыт использования своих рук в то время, когда его тело пребывает в неподвижности (примерно 40-е годы).

    (Erickson, 1980, Vol. I, 11, p. 293)

    Технику левитации руки автор использует при обучении других людей самогипнозу [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 15, p. 342)

    На протяжении всего дня ваша голова пребывает в состоянии сбалансированного тонуса. Что же касается других частей тела, то там к такому сбалансированному тонусу вы просто не привыкли.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 198)

    Я создаю ситуацию, в которой могут проявиться паттерны поведения пациента. Он не знает, что они проявляются, но это происходит, и тогда субъект начинает их исследовать. Все мы можем естественным образом осуществлять диссоциацию... Но мы не знаем, насколько хорошо мы можем это делать.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 235)

    Само субъективное ощущение легкости, свободы, непроизвольности... свободной от сознательных усилий двигательной активности, а вовсе не направленность этих движений является первичным и основным фактором в использовании идеомоторной реакции [примерно 40-е годы].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 11, p. 293)

    Его тело находится в трансе, поскольку он больше его не контролирует [1976—78].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 23, p. 487)

    Субъект поглощен восприятием своих психосоматических феноменов, рассматривая их как свой собственный опыт, соучастником обретения которого он оказывается. Так ситуация трансформируется от пассивного реагирования к активному интересу, исследованию, интеграции и участию в изменениях, вызываемых гипнотическим состоянием [1945].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 3, p. 32)

    Субъекту необходимо участвовать в происходящем. В состоянии транса индивид не остается пассивным и безразличным — он принимает участие в происходящем даже в большей мере, чем вы, потому что вы просто даете ему внушения, зная, что даже в лучшем случае они выберут для осуществления только некоторые из них [1976—78].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 23, p. 489)

    Росси: Вы любите использовать в трансе пантомиму и невербальное общение, поскольку эти подходы активизируют бессознательное пациента и позволяют достичь более глубоких и простых уровней функционирования

    Эриксон: Да. Таким образом вы обходите ригидные формы поведения, приобретенные на сознательном уровне. Нет необходимости выражать происходящее словами.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 253)

    Психотерапевту необходимо снова и снова использовать движения (поднятие руки для создания каталепсии), поскольку это один из простейших и быстрейших путей обойти сознательный ум и достичь фиксации бессознательного.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 44)

    Использование демонстрации и имитации

    Гипнотическая реакция вызывается гипнотизером косвенным образом. Например, субъектам можно предложить понаблюдать за возникновением гипнотического состояния у другого индивида. При этом будет существовать естественная тенденция испытывать подобную же внутреннюю реакцию. Само по себе слушание подробного описания успешного наведения будет стимулировать возникновение описываемых состояний. После того как возникнет “имитационная реакция”, будет относительно несложно направить внимание субъекта на эту реакцию и предложить ему дополнительное внушение, еще больше усиливающее гипнотическое состояние.

    Другие косвенные подходы к созданию гипнотического состояния включают в себя инструктирование субъектов, при котором им предлагается просто воображать, что они испытывают гипнотическое состояние, и действовать так, как будто они на самом деле загипнотизированы. В этом случае субъектам может помочь описание различных состояний, возможных при гипнозе, либо же их можно полностью предоставить самим себе. В любом случае, они сами дают себе внушения и почти вынуждены сфокусировать на них внимание и наблюдать внутренние события. Чем более они будут поглощены такой “имитационной задачей”, тем глубже смогут погрузиться в гипнотическое состояние и тем легче для гипнотизера будет использовать данное состояние, чтобы вызвать транс.

    Такой косвенный подход особенно полезен при работе с субъектами, уже имеющими опыт пребывания в трансе. Пересказ или даже воспоминание о состоянии транса во всех его ярких деталях почти всегда приводит к возникновению транса.

    Наведение транса в групповой ситуации, за редкими исключениями, уменьшает количество времени и усилий, необходимых для создания гипнотического состояния, приводя к более быстрому и лучшему обучению отдельного субъекта. В особенности это справедливо, когда обученный или необычайно способный субъект используется как пример для всей группы [1945].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 3, p. 29)

    Процедура относительно проста. Субъекту, участвующему в эксперименте или в сеансе психотерапии, предлагают свободно выразить свои чувства и мнение. По мере того как он делает это, ему предлагают все более подробно обсуждать вслух ход его мыслей и чувств, если бы у него возникло состояние транса. Когда пациент делает это (или даже если он возражает против такого обсуждения), его слова повторяются оператором, который этим как бы показывает, что искренне стремится к большему пониманию или подтверждает его высказывания [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 8, p. 182)

    Если субъекту, находящемуся в обычном бодрствующем состоянии сознания, предложить воспроизвести формы поведения, которые могут быть использованы для наведения гипноза — даже если при этом о гипнозе вообще не упоминается, — то можно не сомневаться, что у субъекта возникнет гипнотическое состояние [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 1, p. 16)

    Неискушенный субъект не знает, что должен делать, но он легко научится погружаться в транс, если будет пытаться имитировать гипноз. Это стало техникой, довольно часто используемой автором этих строк, особенно с субъектами, проявляющими сопротивление, а также с пациентами, боящимися гипнотического состояния [1967].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 2, p. 26)

    Чем лучше имитируется транс, тем лучше он будет в действительности [1967].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 2, p. 23)

    Простой способ наведения заключается в следующем: пациенту предлагают сесть поудобнее и подробно рассказать о предыдущем опыте успешного погружения в транс [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 8, p. 184)

    Транс имеет тенденцию возникать, когда вы вспоминаете любые гипнотические феномены, с которыми сталкивался данный субъект.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 172)

    Использование скуки и неожиданности

    Повседневные наблюдения показывают нам ситуации, которые сами по себе автоматически переключают внимание вовнутрь. Например, каждый, кому приходилось наблюдать за лицами людей, вынужденных слушать скучную лекцию, увидит пустой взгляд, свидетельствующий о той погруженности в себя, которая столь характерна для гипнотического состояния. Когда человек сталкивается с удивительным или неожиданным для него событием, он подобным же образом погружается в своего рода оцепенение. Поскольку это явление носит универсальный характер, нет ничего удивительного, что Эриксон использовал в своей работе чувство скуки и неожиданность как весьма эффективную процедуру наведения гипноза. При подходящих обстоятельствах все это может оказаться одним из лучших способов вызывать гипнотическое состояние, поэтому будущим гипнотизерам необходимо практиковать эти методы в различных ситуациях.

    Человек, находящийся в состоянии сильного гнева, может так ударить кулаком по столу, что поранит руку, но даже не заметит этого; человек отвлекается, чтобы не слушать скучный доклад, но одновременно он отвлекается и от боли; в подобных случаях у пациентов непроизвольно возникает особое состояние ориентации вовнутрь, в значительной мере способствующее погружению в гипноз и восприятию внушений, соответствующих их потребностям [1964]

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 286)

    Скука сужает ваше восприятие и ограничивает возможность ума мыслить свободно.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 340)

    Простое объяснение ситуации, повторяющееся, утомительное, привело к тому, что ей надоело меня слушать, так что она все больше и больше погружалась в себя.

    (ASCH, 1980, Запись лекции, 2.2.1966)

    Часто при работе со сложно организованными субъектами вы намеренно обращаетесь к неинтересным деталям, чтобы вызвать у них чувство невыносимой скуки.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 240)

    Функция неожиданности заключается в следующем. Пациент приходит к вам с определенными умственными установками и ожидает от вас, что вы также будете следовать данным установкам. Если вы преподносите ему какую-либо неожиданность, пациент утрачивает свои старые установки и вы можете создать новые.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 128)

    Затем снова была применена “техника неожиданности”, состоявшая в задавании клиенту совершенно неожиданных для него вопросов, для ответа на которые требовалось подтверждение постулируемых или предвосхищаемых гипнотических феноменов [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 15, pр. 349—350)

    Ребенок, полностью увлеченный неожиданным событием, легко достигает сомнамбулического состояния [1958].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 7, p. 173)

    Использование замешательства

    Эриксон не раз отмечал: ничто не фиксирует внимание настолько эффективно, как замешательство. Возможно, замешательство играет такую роль по причине того, что люди очень сильно зависят от способности расшифровывать значение и смысл событий, позволяющих принять решение относительно наиболее адекватной реакции. В состоянии замешательства человек ошеломлен, и его сознание обращается вовнутрь в поисках понимания происходящего или хотя бы убежища. Этим может объясняться, почему замешательство так часто использовалось Эриксоном и было одним из самых эффективных компонентов в его техниках наведения и внушения. В то время как другие психотерапевты, так же, как и большинство людей, обычно пытаются найти способ достичь максимальной ясности в общении, Эриксон намеренно развивал в себе умение общаться так, чтобы это вызывало у людей замешательство. Для этого он специально научился говорить и двигаться так, чтобы создавать чувство недоумения у других людей и, что наиболее парадоксально, Эриксон давал пациентам возможность обрести большую степень осознавания и ясности понимания. Замешательство, испытываемое на уровне сознательного ума, подталкивает человека обращаться к бессознательным паттернам мышления и реагирования, что может быть использовано как гипнотизером, так и самим субъектом.

    Эриксон предлагал некоторые общие советы и процедуры для создания замешательства; их можно найти в приводимых ниже высказываниях. Тем читателями, которые хотели бы познакомиться со специальными техниками Эриксона, разработанными им для создания замешательства, мы рекомендуем обратиться к статьям Эриксона и стенограммам его лекций. Естественно, использование этого (как и всех прочих) эриксоновского подхода должно быть основано прежде всего на личных наблюдениях и на умении использовать ситуации повседневной жизни, приводящие к возникновению замешательства, сравнимого с тем, которое возникает при гипнозе. То, что было эффективным у Эриксона, необязательно может быть таким у другого гипнотерапевта. Необходимо помнить, что все гипнотические техники должны соответствовать конкретным людям и ситуациям.

    При этом может возникнуть вполне естественное побуждение попытаться объяснить субъекту свое странное и необычное поведение. Такие попытки сохранить образ гипнотерапевта как разумного, рассудительного специалиста вполне понятны, но вредны. Чем меньше субъекты понимают основания определенной гипнотической процедуры, тем лучше они на нее реагируют. Нет ничего более трудного, чем пытаться вызвать гипнотическую реакцию у хорошо осведомленного субъекта, подвергающего интеллектуальному анализу стиль работы гипнотерапевта вместо автоматической, бездумной реакции на него. Представьте себе, насколько трудно показывать фокус группе опытных фокусников так, чтобы провести их, и тогда вы поймете причины, по которым не стоит пытаться объяснять субъекту сущность действий психотерапевта. Такие попытки лишь приведут к тому, что элемент таинственности и волшебности ситуации утратится, а у субъекта будет труднее вызвать состояние замешательства.

    Отметьте, что когда мы говорим о замешательстве, речь идет не о неправильном понимании слов говорящего или убеждении, что произносимое не имеет никакого смысла. Замешательство или недостаток понимания оставляет ум пациента открытым и ведет к поиску недостающего смысла, в то время как явно неправильное понимание замыкает ум на неверном смысле. Если мы заранее убеждены, что слышимое нами — полная бессмыслица, это лишает нас возможности дальнейших поисков, поскольку мы уже решили, что смысла в данных словах в принципе нет, а раз так, то нечего искать. Мы обращаем сейчас внимание на все эти моменты для того, чтобы еще раз подчеркнуть: создание замешательства посредством того, что вы говорите или делаете, — это вовсе не то же самое, что бессмысленная болтовня или неадекватное поведение. Как и все другие аспекты эриксоновского подхода, замешательство требует достаточной степени умелости психотерапевта и ясного понимания им цели работы. Наличие практического опыта и тщательные наблюдения являются обязательными предварительными условиями для эффективного использования замешательства, хотя это и может показаться странным тем из нас, кто ощущает, насколько часто мы в повседневной жизни, сами того не желая, приводим людей в замешательство.

    Иногда для того, чтобы вызвать замешательство, я рассказываю пациентам всякие неуместные истории и делаю неадекватные замечания.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 166)

    Следующая задача в “технике замешательства” — использование неуместных форм поведения и непосредовательностей, каждая из которых, взятая вне данного контекста, звучит как осмысленное сообщение. В данном же контексте они вызывают чувство недоумения, отвлекая внимание субъекта и приводя к желанию действительно получить какое-то вербальное или невербальное сообщение, которое (на фоне возрастающего состояния фрустрации) они будут готовы понять и легко смогут проявить ответную реакцию [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. 10, p. 258)

    Всегда, когда вы используете что-либо неожиданное, вы выбиваете человека из его привычной обстановки.

    (Erickson & Rossi, 1976, p. 154)

    Все это — способы привести субъекта в замешательство и посеять в нем сомнения.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 106)

    В трансе пациенты объясняют: “Как только я ощущал малейшее чувство замешательства, я погружался в глубокий транс”. Им просто не нравится испытывать замешательство [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 279)

    Росси: Вы устраняете в сознании те неправильные установки, которые создают проблемы.

    Эриксон: Да. Это делается с помощью “техники замешательства”.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 128)

    Да, не столько неправильное понимание, сколько отсутствие понимания делает ваш ум ошеломленным, недоумевающим и открытым.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 246)

    Многое из того, что я делаю, основано на замешательстве. Надо действовать с фрагментами сознания в соответствии с паттернами бессознательного поведения [1976—78].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 23, p. 488)

    Замешательство лежит в основе всех эффективных техник.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 107)

    Да, это техника замешательства. Почти во всех моих техниках используется принцип замешательства.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 85)

    Техника замешательства основана на том повседневном опыте, который хорошо знаком каждому из нас [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 159)

    Когда техника замешательства используется как вербальная, она основывается на игре слов [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 258)

    Главное требование при использовании метода создания замешательства — последовательно сохранять общую небрежную, но целеустремленную манеру держаться и говорить серьезно, сосредоточенно, с таким видом, словно вы вне всякого сомнения рассчитываете на то, что клиент понимает ваши слова и действия... Также очень важно говорить гладко, быстро, если вы обращаетесь к человеку сообразительному, или медленнее, если перед вами тугодум, но обязательно давая человеку время на то, чтобы он мог отреагировать, однако всегда чуть меньше, чем ему для этого нужно. Благодаря этому субъект оказывается почти готовым отреагировать, но не может это сделать, потому что сразу же должен иметь дело с какой-то новой идеей, и все повторяется сначала. В результате постоянно нарастает состояние торможения, приводящее к замешательству и растущей потребности в каком-то ясном и понятном воздействии, на которое субъект может отреагировать сразу и в полной мере.

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 259)

    Таким образом, если в любой простой ситуации, вызывающей простые естественные реакции, непосредственно перед наступлением реакции вводится относительно простой иррелевантный стимул или непоследовательность, возникает замешательство, и естественная реакция тормозится. Непоследовательность сама по себе вполне осмысленна, но к данной ситуации не имеет никакого отношения и прерывает ее. Потребность отреагировать на исходную ситуацию и немедленное прерывание этой ответной реакции внешне осмысленным сообщением приводит к возрастающей потребности пациента что-нибудь сделать [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 261)

    В конце концов произносится четкое, определенное и понятное высказывание, и субъект буквально хватается за него [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 263)

    Неторопливый, впечатляющий, спокойный, мягкий и выразительный характер такой игры слов и ненавязчивое введение новых идей приятных воспоминаний, а также чувство комфорта, легкости и расслабленности обычно приводят к тому, что полностью привлекает к себе внимание пациента. Это проявляется в фиксированности взгляда, физической неподвижности, состоянии каталепсии, а также в интенсивном желании понять, что именно так серьезно и убедительно говорит гипнотизер. В результате раньше или позже внимание субъекта оказывается полностью сосредоточенным на словах психотерапевта [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 285)

    Если мы попытаемся дать простое определение сущности техники замешательства, то можно сказать, что субъекту предлагается ряд идей, кажущихся связанными (хотя на самом деле эта связь весьма незначительна) и действительно объединенных общим смыслом, который, однако, не так легко ухватить. Это приводит ко все большему расхождению ассоциаций, перемежающихся с подчеркиванием очевидного, и все это препятствует тому, чтобы субъект развивал только лишь одну цепочку ассоциаций, одновременно все в большей мере побуждая его сделать что-либо, пока пациент не будет готов принять первое же внушение, предложенное достаточно четким и понятным образом (примерно 40-е годы).

    (Erickson, 1980, Vol. I, 11, pр. 293—294)

    Когда попытки субъекта совершить какое-то действие внезапно прерываются и он действительно не может ничего сделать, полностью изумленный совершенно неуместным поведением гипнотизера, он становится подверженным любому достаточно четко выраженному внушению, предполагающему, что он предпримет те или иные действия, адекватные данной ситуации. В результате субъект с облегчением реагирует на простую инструкцию, предлагаемую гипнотизером [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 288)

    Происходящее начинает вызывать у пациентов изумление, но они не могут понять, что же именно является причиной данного изумления. Так у субъекта возникает чувство замешательства.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 106)

    У субъекта существует настойчивая потребность прояснить ситуацию. В результате внушение, вызывающее состояние транса, воспринимается как явно выраженная, легко воспринимаемая идея, и субъект начинает действовать в соответствии с ним [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 8, p. 204)

    У пациентки был вызван процесс физической активности. В процессе ее активных действий было дано одно, а затем другое невероятное внушение моторного типа, достаточно длительные, чтобы она могла их осознать. Но еще до того, как она начинала реагировать на одно из них, давалось следующее. При этом каждое из внушений само по себе было вполне приемлемым, но всякий раз ей не давали осуществить ответную реакцию, хотя потребность в такой реакции все возрастала [примерно 40-е годы].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 11, p. 295—296)

    Основной момент здесь — кажущееся случайным и непреднамеренным вмешательство, препятствующее спонтанному реагированию субъекта на реальную ситуацию. Это вызывает состояние неопределенности, фрустрированности и замешательства, в результате чего человек с готовностью принимает гипноз как средство разрешения ситуации [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 8, p. 203)

    Когда субъекты, обусловленные уже установившимся у них сотрудничеством с гипнотизером, когда они поправляли его кажущиеся оговорки, пытаются адаптироваться к его многочисленным странным и противоречивым реакциям, они оказываются настолько растерянными, что уже готовы принять любое внушение, предоставляющее им возможность укрыться от столь неудовлетворительной и приводящей в замешательство ситуации [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 159)

    Обычно пациенты в такой ситуации не знают, что делать. Но психотерапевт может подсказать им.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 107)

    Состояние неопределенности и желание понять происходящее приводит к готовности принять любое пантомимически переданное понятное сообщение, подобно тому, как это происходит при использовании техники замешательства [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 14, p. 331)

    Быстрота, настойчивость и уверенность, с которыми даются внушения, препятствуют любым попыткам субъекта привнести в происходящее видимость порядка [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 159)

    Вы выводите пациентов из равновесия, задавая вопросы и не отвечая на них. Выдержите их в состоянии напряженного ожидания.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 101)

    Следует создать у пациентки максимально возможное чувство неопределенности в отношении ее состояния сознания. А когда она не уверена относительно своего состояния сознания, она может рассчитывать на меня для прояснения этого вопроса [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 9, p. 224)

    Расчетливая и намеренная неопределенность некоторых инструкций заставляет бессознательный ум пациента брать на себя ответственность за их поведение. При этом на сознательном уровне они могут лишь удивляться неожиданности возникшей ситуации, в то время как они отвечают на нее корригирующими бессознательными реакциями.

    (Erickson, 1954а, p. 173)

    Повторяющиеся попытки разработать четко определенные формы техники замешательства, предпринимаемые для большего практического удобства, могут привести к тому, что гипнотерапевт, использующий традиционные, ритуализированные вербальные техники, сможет приобрести большую гибкость речи и свободу от механического запоминания фиксированных текстов внушений, а также лучшее понимание их значения и большую легкость изменения своих собственных поведенческих паттернов в зависимости от наблюдаемых перемен в состоянии пациента, а также возможность свободно переходить от одних идей к другим [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 291)

    Техника замешательства способствует обучению экспериментатора гибкости в использовании слов и живости ума, проявляющейся в легкости изменения привычных паттернов мышления в зависимости от реальных проблем. Это помогает сохранять у субъекта состояние повышенной внимательности и готовности реагировать на происходящее. Кроме того, данная техника позволяет экспериментатору понимать и использовать самые незначительные изменения поведения субъекта [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 10, p. 284)

    Принятие пациентом стимуляции его поведения можно использовать, добавляя к высказываниям паузы и колебание. Это приводит к возникновению у субъекта ожидающей зависимости от дальнейшей и более полной стимуляции со стороны гипнотизера [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 8, p. 179)

    По мере того как у пациентки возникает ожидание вмешательства со стороны гипнотизера, ее движения замедляются, перемежаясь небольшими паузами, которые вынуждают ее сдерживать свои поведенческие проявления в ожидании, когда гипнотизер начнет использовать ее поведение [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 8, p. 180)

    Нерешительность не нравится никому.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 66)

    Вам следует всегда использовать нерешительность и выразительность. В данном случае я не ставил никаких иных целей, кроме желания продемонстрировать, что могу варьировать ситуацию по своему желанию. Мне вовсе не хочется, чтобы мне мешали имеющиеся у субъекта ригидные поведенческие паттерны [1959].

    (Erickson & Rossi, 1980, рp. 241—242)

    Когда вы видите пациентку в состоянии неопределенности, вам следует использовать прямое внушение авторитарного типа. Так вы помогаете ей преодолеть неопределенность. Это подобно тому, как вы говорите ребенку, находящемуся в замешательстве: “Я скажу, когда можно... Пошел!” В данном случае ситуация похожа. Здесь вполне приемлема помощь со стороны психотерапевта, так как пациенты имеют достаточно большой опыт принятия помощи в подобных обстоятельствах.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 169)

    Чтобы понять сущность данной техники, вам следует помнить о болтовне фокусника, цель которой — не информировать, но отвлекать внимание, что необходимо для достижения его целей.

    (Erickson, 1954d, p. 112)

    Фокусник зарабатывает этим на жизнь. Он использует вашу способность не видеть того, что он делает.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 217)

    Пациенту не нужно понимать техники и уровни общения, так же как пациенту хирурга не надо знать используемые хирургические техники [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 13, p. 301)

    Если фокусник объяснит вам, как он это делает, то это разрушит все очарование. Вы перенесете происходящее из чуждой системы отсчета в обычную.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 247)

    Создание диссоциации между сознательным

    и бессознательным

    Как уже отмечалось ранее, цель перемещения фокусировки внимания вовнутрь состоит в том, чтобы в конечном итоге перенести все осознавание и реагирование на уровень бессознательного ума. В результате возникает диссоциация между сознательным и бессознательным функционированием, и функции сознательного ума становятся своего рода фоном или даже совершенно исчезают, в то время как функции бессознательного ума полностью поглощают внимание пациента. Такая диссоциация возникает как автоматически, в ответ на все большее перемещение фокусировки осознавания вовнутрь, так и с помощью определенных стимулов и заданий. Диссоциация может возникать при возложении одной из задач на сознательный ум, а другой — на бессознательный. Использование разного тона голоса или различных уровней смысла нередко приводит к такому же результату. Часто вполне достаточно убедить субъекта, что ему необязательно слушать на сознательном уровне то, что вы говорите, и что он может расслабиться и позволить бессознательному взять на себя ответственность за вполне эффективное функционирование. Постепенный переход к более простому и буквальному способу выражать свои мысли также способствует диссоциации, и субъект будет просто вынужден сосредоточиваться на словах гипнотерапевта, используя бессознательный ум для того, чтобы лучше понять их.

    В некотором смысле все обсуждавшиеся выше ситуации, способствующие созданию внутренней фокусировки внимания, могут рассматриваться и как стимулы, способствующие диссоциации сознательного и бессознательного. Любое сосредоточение внимания на внутренних процессах является начальной формой диссоциации сознательного и бессознательного, которая может затем усиливаться и углубляться гипнотерапевтом, пока не будет достигнута полная диссоциация, столь желательная для погружения в глубокий транс.

    Сущность гипноза можно определить как искусственно вызванное и подобное сну состояние повышенной внушаемости, в котором осуществляется ограниченная во времени и обусловленная использованными стимулами естественная диссоциация “сознательных” и “бессознательных” элементов психики. Такая диссоциация проявляется в успокоении и неподвижности “сознательного” ума, что напоминает состояние обычного сна, и в передаче бессознательному уму субъективного контроля за функционированием, обычно осуществляемым на сознательном уровне.

    (Erickson, 1934, p. 611)

    В проявлениях и в природе сомнамбулического состояния можно найти искусственно вызванный для экспериментальных целей эквивалент состояния диссоциированности, наблюдаемого при расщеплении личности.

    (Erickson, 1934, p. 612)

    Явление диссоциации, как спонтанно проявляющейся, так и вызванной искусственно, может быть использовано для создания психологического толчка, которому субъект будет готов поддаться [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 166)

    Автор этих строк хотел бы, чтобы пациент (выпускник колледжа) закрыл глаза и рассказал еще раз свою историю, медленно и подробно, со всеми деталями, позволяя бессознательному уму преобладать над сознательным, и чтобы, рассказывая эту историю, он детально определил свои желания в связи с курением, а также чтобы во время своего повествования он обнаружил, что необъяснимым образом все глубже и глубже погружается в транс, не прерывая при этом своего рассказа [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 19, p. 210)

    Когда пациент говорит: “Я не хочу делать этого”, я отвечаю ему: “Хорошо, я позабочусь об этом, пока вы будете делать другое». Таким образом он может диссоциировать.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 246—247)

    Внушая субъекту сон тела и пробужденность ума, можно вызвать диссоциативное состояние [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 27, p. 259)

    Когда говоришь субъекту, что ему нет необходимости слушать, это депотенциализирует сознание и усиливает функционирование бессознательного.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 183)

    Достаточное количество времени

    Субъекты с разной скоростью проходят через различные стадии процесса наведения. Некоторым пациентам необходимо достаточно много времени, чтобы научиться сосредоточивать внимание, направлять его вовнутрь или испытывать состояние диссоциации. Поэтому эффективным гипнотизером можно считать того, кто терпеливо позволяет субъектам проходить через процесс наведения с их собственной скоростью. Как и во всех других случаях, пациентам необходимо дать возможность не торопиться и внимательно исследовать состояния на каждой стадии погружения в гипнотический транс.

    Потребность в достаточном количества времени становится еще более важной, когда субъект начинает использовать гипнотическое внушение для создания своей внутренней реальности. Когда пациент утрачивает свою обычную ориентацию на реальность и привычные ментальные установки сознательного ума, начиная замещать их бессознательными установками, внушаемыми ему гипнотизером, создание и принятие этих новых установок требует определенного количества времени. Точно так же субъекту необходимо время, чтобы освоиться с гипнотическими ментальными установками. Поэтому пациентам необходимо предоставлять достаточное количество времени для реагирования на внушение, не ожидая, что это произойдет немедленно.

    Подобным же образом субъектам необходимо предоставить возможность достаточное количество раз испытать погружение в гипнотическое состояние. Это будет усиливать у них чувство комфорта и способность реагировать на процесс гипнотерапии, делая всю работу более продуктивной, чем при попытках немедленно использовать первый же случай погружения в транс.

    Сколько времени нужно для погружения в транс? Сколько времени потребуется для погружения в обычный физиологический сон?.. При достаточной психологической подготовленности вы можете погрузиться в транс столь же быстро [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 15, p. 346)

    Вы можете погрузиться в транс так глубоко, как пожелаете, вы просто не знаете, когда это сделать.

    (Erickson & Rossi, 1977, p. 43)

    К сожалению, даже среди тех, кто пытается заниматься научными исследованиями, преобладает мнение, что гипноз — некое чудесное явление, приводящее к мгновенному эффекту [1967].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 2, p. 19)

    К сожалению, большая часть опубликованных работ основана на подспудном убеждении в мгновенном могуществе гипнотического внушения и на непризнании того факта, что достижение желаемой реакции у гипнотизируемого субъекта, так же как и у человека, не подвергающегося воздействию гипноза, зависит от времени. От гипнотизируемых субъектов часто ожидают, что они за несколько мгновений полностью изменят свое психологическое и физиологическое состояние и смогут выполнять сложные задания, с которыми не могли справиться в обычном состоянии [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 142)

    Недооценка или игнорирование как фактора времени в гипнотической процедуре, так и индивидуальных потребностей гипнотизируемых субъектов, лежат в основе многих противоречий в работах, посвященных исследованию гипноза. Опубликованные оценки гипнабельности в популяции в целом варьируют от 5 до 70 процентов и выше. Низкий процент гипнабельности часто оказывается связан с недостаточной оценкой фактора времени и его роли в возникновении гипнотического состояния [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 143)

    Принципиально важным моментом можно считать обеспечение количества времени, достаточного для возникновения новых ментальных установок, ведущих к соответствующему изменению поведения. До тех пор, пока для гипнотической процедуры не будет предусмотрено соответствующее количество времени, реакция субъекта — даже если тот выполняет все указания гипнотизера — будет для критически настроенного наблюдателя характеризоваться торможением или избеганием, отрицанием и блокированием, не позволяющими проявиться действительно адекватной гипнотической реакции [примерно 60-е годы].

    (Erickson, 1980, Vol. II, 29, p. 306)

    Я хотел бы еще раз подчеркнуть безусловную важность фактора времени для достижения желаемых гипнотических феноменов. Обычно этот момент недооценивается, несмотря на признание, что время играет принципиально важную роль во всех формах поведения и что чем более сложным является поведение, тем более важным оказывается роль фактора времени [примерно 60-е годы].

    (Erickson, 1980, Vol. II, 29, p. 304)

    Ожидание немедленных результатов от произнесения тех или иных слов указывает на некритичность подхода, лишь препятствующего достижению научно достоверных результатов [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 142)

    Большое значение в возникновении состояния транса и соответствующих поведенческих проявлений имеет предоставление субъекту достаточного количества времени для осуществления нейро- и психофизиологических изменений, необходимых для определенных типов поведения. Попытки подтолкнуть субъекта и ускорить данный процесс часто приводят лишь к тому, что этой цели вообще не удается достичь [1944].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 2, p. 18)

    Длительная процедура внушения необходима как средство, позволяющее субъекту обрести новые ментальные установки, с помощью которых может быть достигнут уровень психологических характеристик, характерный для любого предлагаемого возраста, не подверженный воздействию опыта, приобретенного позднее [1939].

    (Erickson, 1980, Vol. III, 20, p. 204)

    Обычный глубокий транс, возникающий достаточно быстро с помощью прямых и выразительных внушений, не дает возможности постепенно и эффективно развиться тому, что можно было бы назвать особыми “ментальными установками”, необходимыми для осуществления сложного поведения, свободного от влияния обычных паттернов поведения в бодрствующем состоянии [1939].

    (Erickson, 1980, Vol. II, 3, pp. 25—26)

    Высокая гипнабельность субъекта может указывать на потребность в большем количестве времени, необходимом для полной переориентации субъекта, позволяющей достичь устойчивого результата в изменении поведения [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 142)

    После того, как пациенту было предоставлено около 20 минут для возникновения необходимых “ментальных установок”, ему предложили выполнить задание [1944].

    (Erickson, 1980, Vol. II, 4, p. 41)

    Вряд ли будет резонным ожидать от гипнотизируемого субъекта, что после щелчка пальцами или получения простой команды у него сразу же проявятся существенные, сложные и устойчивые изменения в поведенческом функционировании. Скорее можно предполагать, что для возникновения любых достаточно глубоких изменений поведения потребуется определенное время и усилия. Новые формы поведения будут основаны на предшествующих им нейро- и психофизиологических изменениях у субъекта, лежащих в основе поведенческих проявлений, а отнюдь не на самой по себе команде гипнотерапевта [1944].

    (Erickson, 1980, Vol. II, 4, p. 50)

    Фактор времени очень важен для достижения нейрофизиологического состояния, позволяющего субъекту свободно воспринимать внушение в полном его объеме и действовать согласно этому внушению без каких-либо препятствий или ограничений, возникающих из обычных в бодрствующем состоянии привычек и паттернов поведения [1939].

    (Erickson, 1980, Vol. II, 3, p. 26)

    При использовании гипноза для психотерапевтических целей или в лабораторных исследованиях для достижения достоверных положительных результатов требуется процесс подготовки, могущий продлиться несколько часов [1970].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 1, p. 6)

    Для перехода от одного паттерна поведения к другому требуется определенное время.

    (Zeig, 1980, p. 316)

    Некоторым субъектам необходимы очень подробные инструкции, в то время как другие могут сами переносить опыт обучения, приобретенный в какой-то одной области, на совершенно иные проблемы [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 145)

    Чем более богатым и разнообразным будет гипнотический опыт субъекта, тем более эффективно он сможет действовать со сложными задачами [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 143)

    С пациенткой было проведено расширенное обучение, чтобы она могла реагировать на происходящее в соответствии с бессознательными паттернами поведения [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 152)

    При такой процедуре обучения субъект может быть загипнотизирован, пробужден, а потом загипнотизирован повторно. Транс, также как и переход к бодрствующему состоянию, используется для того, чтобы постепенно научить субъекта контролировать свое ментальное функционирование и проявлять ответную реакцию, усиливающую степень диссоциации между сознанием и бессознательным, в результате чего возникает гипнотически, но не реально диссоциированная личность [1939].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 1, p. 6)

    Чередование погружения пациента в транс и последующего пробуждения является способом углубления гипнотического транса.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 253)

    Я не хотел бы, чтобы погружение в транс было однократным, так как при этом не будет возможности использовать это состояние. Если же пациент погружается в транс во второй раз, он сможет сделать это и в третий, и в четвертый, и в пятый раз. Знание о такой возможности позволяет сказать: “Я смогу погрузиться в транс и через десять лет”.

    (Zeig, 1980, p. 353)

    Время, необходимое для того, чтобы в первый раз вызвать гипнотическую глухоту, колеблется от двадцати до сорока минут. Это зависит от приобретенного ранее внутреннего опыта, необходимого для создания “ментальных установок”, позволяющих возникнуть устойчивому состоянию глухоты.

    (Erickson, 1980, Vol. II, 10, p. 84)

    Обычно для первоначальной тренировки в наведении бывает достаточно от четырех до восьми часов. Но поскольку наведение транса и его использование — два различных процесса, субъектам необходимо предоставить возможность перестроить свои поведенческие процессы в соответствии с запланированной гипнотической работой, выделив для этого достаточное количество времени с учетом реальных способностей субъекта к обучению и реагированию [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 143)

    Иногда мне приходилось работать с пациентами непрерывно на протяжении шестнадцати часов, иногда — двенадцати или восьми, хотя лучше всего было бы, чтобы это время было не более четырех часов, или даже двух-трех в зависимости от проблем пациента и степени срочности. А вообще мне бы хотелось работать с пациентом не более одного часа.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 18)

    Для субъектов, находящихся в ступороподобном трансе, была разработана специальная техника внушения, позволяющая им медленно и постепенно приспосабливаться к условиям сомнамбулического состояния. Обычно при этом примерно час или больше посвящается непосредственно гипнотическому внушению, с помощью которого возникает сомнамбулическое состояние, когда все формы поведения являются непосредственной реакцией на текущую гипнотическую ситуацию, а субъект не испытывает необходимости привносить в данную ситуацию свои обычные типы реагирования, проявляемые им в бодрствующем состоянии. Все это направлено на то, чтобы препятствовать всякой спонтанной активности, давая в то же время субъекту полную свободу в проявлении ответной реакции [1938].

    (Erickson, 1980, Vol. II, 10, p. 82)

    Автор этих строк не раз подчеркивал необходимость выделять четыре часа, восемь часов или даже больше времени для наведения гипнотического транса и обучения субъектов адекватному функционированию, и лишь потом предпринимать попытки экспериментов с гипнозом или психотерапевтической работы [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 145)

    Я могу позволить себе потратить столько времени, сколько потре­буется.

    (Zeig, 1980, p. 334)

    Поддержание состояния транса

    Наведение транса, его использование и поддержание — три отдельных компонента гипнотического сеанса. Чтобы работа гипнотизера была эффективной, ему необходимо помогать субъекту относительно всех трех. В сущности, все эти три вещи должны проявляться почти одновременно. Чтобы добиться этого, внушения, предназначенные для наведения транса или его углубления, внушения на сохранение достигнутой глубины и внушения, призванные вызвать дополнительные изменения в ментальных установках субъекта и его поведении, должны чередоваться по ходу всего гипнотического процесса. гипнотический транс нельзя считать удовлетворительным, если его глубина уменьшается при первом же гипнотическом внушении.

    Хотя все это может показаться весьма сложной задачей, вызыва­ющей замешательство гипнотизера, необходимость перемещать вни­мание от одной цели к другой поощряет гипнотизера предлагать свои инструкции таким образом, что сознательному уму пациента стано­вится все труднее и труднее следовать за этими изменениями или иметь дело с одним конкретным внушением. Ситуация, когда ум вынуж­ден работать более чем с одной целью, напоминает технику замеша­тельства и приводит к тому, что роль сознательного ума снижается, а диссоциация возрастает, приводя к более полноценной гипнотиче­ской реакции.

    Опыт работы со многими субъектами указывает на часто встречающуюся тенденцию перехода в менее глубокий транс при получении сложного гипнотического задания. В связи с этим субъекты стремятся обеспечить себе дополнительную поддержку со стороны происходящих на сознательном уровне ментальных процессов [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 142)

    Наведение транса — это одно, а его использование — это другое [1952].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 6, p. 147)

    Чтобы использовать гипноз для психотерапевтических целей, необходимо уметь поддерживать гипнотическое состояние.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 188)

    Во время использования техники внушения, применяемой для наведения транса и его поддержания, могут вставляться терапевтические внушения, направленные на какую-то вполне определенную цель [1966].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 28, p. 266)

    Сочетание терапевтических, постгипнотических и направленных на создание амнезии внушений с внушениями, использовавшимися для наведения и поддержания транса, является эффективным способом достижения желаемого результата [1966].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 28, p. 267)

    Чередование собственно терапевтических внушений и внушений, направленных на поддержание транса, часто может увеличивать эффективность терапевтических внушений. Пациент слышит их, понимает, но прежде чем он успевает обдумать их или подвергнуть сомнению, его внимание поглощается внушениями, направленными на поддержание транса [1966].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 28, p. 266)

    Когда удалось вызвать гипнотический транс, субъекта необходимо удерживать в этом состоянии до тех пор, пока не будет выполнена вся необходимая работа. Этого легче достичь, если внушать субъектам, чтобы они не прерывали гипнотического сна, не позволяя никаким посторонним вещам беспокоить их и наслаждаясь возникающим в трансе чувством комфорта, удовлетворения и полного доверия к себе, к ситуации и к своей способности адекватно справляться с любыми проблемами и задачами, с которыми они могут столкнуться [1944].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 2, p. 18)

    Поддержание веры в успех

    В идеальном случае и гипнотизер, и психотерапевт должны твердо верить, что гипнотический процесс будет завершен успешно. Гипнотизеру необходимо хотя бы демонстрировать пациенту свою убежденность в успехе, всеми способами стараясь сделать так, чтобы и субъект смог разделить эту убежденность. Нельзя совершать никаких действий, подрывающих веру субъекта в успех гипнотического процесса.

    Поэтому гипнотизер должен стараться вызвать такие формы поведения пациента, которые увеличили бы характерную для гипнотического транса восприимчивость субъекта. При этом внушения необходимо давать таким образом, чтобы в принципе исключить возможность неудачи. В том случае, если гипнотизер испытывает какую-либо неуверенность в отношении способностей субъекта или его готовности принять внушение и действовать в соответствии с ним, внушение не следует предлагать в прямой форме. Необходимо использовать внушение, вызывающее неизбежную ответную реакцию, внушение, охватывающее все возможности, и двойную связку, от которой невозможно уклониться.

    Более того, когда достигнута желаемая гипнотическая реакция, ее необходимо принять, поддержать, а затем использовать в качестве основы для дополнительных внушений. Так процесс гипноза становится естественно развивающейся и логически последовательной процедурой, построенной на основе своей собственной успешности.

    Обязательно подчеркните тот факт, что пациентке удалось достичь необходимой ответной реакции [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 9, p. 209)

    Неудачный случай применения гипноза обычно существенно увеличивает трудности при всех последующих попытках психотерапевтического воздействия. Поэтому для пользы самого же пациента психотерапевту необходимо всегда проявлять максимальную внимательность и прилагать со своей стороны все возможные усилия [1944].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 2, p. 23)

    Психотерапевту необходимо приложить все необходимые усилия, чтобы субъект чувствовал себя комфортно, испытывая удовлетворение от гипнотической процедуры, будучи уверенным в своей способности погрузиться в транс. Гипнотизер должен выражать непоколебимую уверенность в возможностях субъекта. Такое простое, искреннее, свободное от претенциозности и доверительное поведение гипнотерапевта чрезвычайно важно [1944].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 2, p. 18)

    По мере того как гипнотическая процедура развивается, вам необходимо подтверждать действенность ваших внушений.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 375)

    Все виды внушения необходимо использовать таким образом, чтобы они усиливали и подкрепляли друг друга.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 218)

    Подкрепляйте свои внушения, комментируя их [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 9, p. 240)

    Поскольку вы не можете точно знать, как будут развиваться события, всегда имейте в запасе достаточное количество планов, которые вы сможете при необходимости использовать. Большое количество предварительных внушений дает возможность отобрать из них то, что потребуется в дальнейшем [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 9, p. 217)

    Так вы закладываете основание для дальнейшей работы [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 9, p. 255)

    Все внушения, применяемые вами в процессе психотерапии, должны представлять собой одно целое.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 252)

    Всякая хорошая техника содержит в себе возможность обратного хода событий [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 9, p. 232)

    Пусть сам пациент сделает все необходимое

    Лучше всего не принимать на себя полную ответственность за ход событий и не пытаться контролировать и направлять все, что происходит во время сеанса гипноза. От учителя никто не ожидает, что он обучит всему. Ученикам необходимо выполнять домашние задания и пытаться применить на практике то, чему они научились. Идеи, которые они откроют для себя сами, и возможности, которыми они овладеют на практике без помощи учителя, будут для них гораздо интереснее и значимее и сохранятся на более длительное время, чем то, что им просто расскажет учитель.

    Гипнотерапевту необходимо разделять такой же подход. Субъекты должны обладать достаточным количеством свободного времени, чтобы исследовать и развивать свои гипнотические способности. Необходимо поощрять их знакомство с потенциальными возможностями состояния, в котором они сейчас находятся, позволяя им изучить, что они могут сделать в этой ситуации, и мотивируя их к эффективному применению того, чему они научились. И наконец, что важнее всего, им необходимо научиться самовнушению, в особенности имеющему психотерапевтическую направленность. Использование косвенных импликаций, метафор, аналогий, множественных выборов, игры слов или намеренного их неправильного произнесения — все это имеет необычайно большую ценность для стимулирования самовнушения. Однако довольно часто гипнотизеру необходимо полностью отойти на задний план, оставляя субъектов с их собственными возможностями и просто с интересом ожидая некоторых благотворных результатов, характер которых может быть не только не известным заранее, но и в принципе непознаваемым. Как краткие, так и довольно длительные отступления такого рода, предпринимаемые гипнотерапевтом, дают возможность беспрепятственно развиваться процессам наведения и использования.

    Были созданы ситуации, в которых субъект имеет достаточное количество времени для раскрытия и развития своих способностей реагировать на происходящее с минимальным вмешательством со стороны гипнотизера [1944].

    (Erickson, 1980, Vol. 2, 4, p. 36)

    Принципиально важный шаг, наводящий мост между легким гипнотическим состоянием и глубоким трансом, часто может быть сделан довольно легко, если при этом позволить субъекту взять на себя полную ответственность за дальнейший успех, не полагаясь только лишь на эффективность внушения, даваемого гипнотизером [1945].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 3, p. 32)

    В психотерапии это часто становится путем, приводящим пациента к осознанию своих способностей. В сущности, вы даете ему свободу выбора в использовании данных способностей, а пациент приходит к вам именно потому, что у него такой свободы не было.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 292)

    Это основанное на опыте гипнотическое наведение. Вы даете субъекту возможность пережить его собственное поведение и поиграть с ним. Все это связано с непосредственным опытом, во время которого субъект проходит процесс самообучения, исследуя диссоциированные системы отсчета, оказывающиеся для него новыми и незнакомыми.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 242)

    Вы предоставляете субъекту возможность пережить состояние транса без необходимости что-либо делать при этом. Когда вы оставляете пациентов наедине с их собственными возможностями, это углубляет состояние транса. Субъекты в большей мере осознают, что они могут сделать, и так им легче раскрыть свои возможности.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 141)

    Я устраняюсь, чтобы пациент мог начать собственные внутренние исследования [1976—1978].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 23, p. 481)

    Я даю доктору С. возможность приобрести внутреннее эмпирическое обучение в состоянии транса. До сих пор она не знала, как правильно использовать это состояние.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 291)

    Пациенту дали возможность дополнительно находиться в трансе тридцать минут, в то время как автор этих строк (Эриксон — прим. редактора) вообще вышел из комнаты [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 13, p. 313)

    Так я продолжал гипноз, позволяя субъектам углублять их состояние транса, поскольку то, что они делают сами, важнее всего остального. Я продолжал давать внушения на левитацию, зная при этом, что они бесполезны и просто дают субъектам возможность углубить транс [1976—1978].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 23, p. 490)

    Пациентка не принимала внушения, предлагавшиеся ей автором этих строк; она допускала лишь возможность достичь понимания собственными силами, используя мои внушения просто как средство для достижения своих целей [1964].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 15, p. 348)

    Мы передоверяем это субъекту. Не надо говорить ему: “Делайте то, а теперь делайте это”. Многие психотерапевты диктуют своим пациентам, как они должны думать и что должны чувствовать. Это совершенно неправильно.

    (Erickson, Rossi & Rossi, 1976, p. 101)

    Вы хотели бы, чтобы пациент сделал довольно много различных вещей, но вам не следует полагаться на слова. Не стоит рассказывать пациентам все, что они должны делать... Лучше создайте ситуацию, в которой они будут иметь возможность реагировать на происходящее по своей собственной инициативе.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 214)

    Итак, субъекту даются внушения, но степень их эффективности и время, необходимое для ответной реакции, полностью зависят от самого субъекта. Они зависят от протекающих внутри него процессов и связаны с его потребностями [1945].

    (Erickson, 1980, Vol. IV, 3, p. 32)

    Чем больше субъект прилагает собственные усилия, тем меньшей будет вероятность, что он отвергнет внушения, что возможно в том случае, если бы они предлагались ему как прямые высказывания.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 259)

    Я бы хотел, чтобы вы поняли важную вещь. Внушения должны предлагаться не как то, что субъект обязательно должен сделать, а просто как стимул, вызывающий поведенческие проявления индивида в соответствии с его индивидуальным психологическим опытом.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 137)

    Чем большей степени участия вы сможете добиться от пациента, тем лучше [1959].

    (Erickson, 1980, Vol. I, 9, p. 212)

    Росси: Вы подталкиваете пациента к тому, чтобы он давал себе самовнушения.

    Эриксон: Да, действительно, я стараюсь, чтобы пациент делал это сам.

    (Erickson & Rossi, 1981, p. 28)

    Всегда будет лучше, если пациент сам будет давать себе наиболее важные внушения.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 285)

    Принятие такой помощи не является ни признаком неведения, ни признаком отсутствия компетентности; скорее, это можно считать честным признанием того, что глубокое гипнотическое состояние зависит от совместных усилий как субъекта, выполняющего определенную работу, так и гипнотизера, пытающегося подтолкнуть субъекта предпринять необходимые усилия.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 61)

    “Прямое внушение... не вызывает реорганизации идей и воспоминаний, столь существенных для действительного излечения... Эффективные результаты в гипнотерапии... зависят только от активности пациента. Психотерапевт просто стимулирует субъекта, подталкивает его к активной деятельности, часто даже не зная, какой именно должна быть эта деятельность. Он направляет пациента, руководит им, дает клиническую оценку и определяет количество работы, необходимое для достижения желаемых результатов”.

    (Erickson & Rossi, 1979, p. 9)

    Выводы

    Процесс гипнотического наведения состоит из настолько интенсивной фиксации внимания субъекта на внутренних событиях, при его отвлечении от внешней реальности, что создается диссоциация, при которой обычная система отсчета сознательного ума исчезает из сознания и замещается функционированием бессознательного ума. Гипнотизер осуществляет такое изменение направленности внимания с прямых и косвенных вербальных и невербальных техник, приводящих к идеомоторной реакции, намеренно создающих чувство скуки, замешательства или неожиданности и вызывающих диссоциацию между функционированием сознательного и бессознательного ума.

    Необходимо предоставить субъектам то количество времени, которое необходимо им для возникновения состояния глубокого транса. Инструкции по поддержанию состояния транса необходимо перемежать дополнительными внушениями или специальными техниками, предназначенными для углубления транса. Ситуация должна быть организована так, чтобы субъект ощутил успешные гипнотические реакции, и любой успех должен быть использован для подтверждения субъекту его погружения в транс. Со временем ответственность за успех наведения гипнотического состояния и его использование должна быть почти полностью переложена на самого субъекта. Необходимо предусмотреть достаточно длительные паузы во внушении, поощряя субъекта исследовать возможности своего бессознательного и давать самому себе соответствующие терапевтические внушения. Так гипноз может использоваться, чтобы помочь субъектам научиться более эффективным методам оценивания и использования их потенциальных возможностей и эмпирически приобретенного опыта.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 24      Главы: <   15.  16.  17.  18.  19.  20.  21.  22.  23.  24.





     
    polkaknig@narod.ru © 2005-2022 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.