Глава 9. Методы интерпретации - Терапевтическая психология- Шостром Э - Общая психология - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


Психология личности
Общая психология
Возрастная психология
Практическая психология
Психиатрия
Клиническая психология

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 24      Главы: <   10.  11.  12.  13.  14.  15.  16.  17.  18.  19.  20. > 

    Глава 9. Методы интерпретации

    Методы выстраивания и поддержания рабочих взаимоот­ношений между клиентом и консультантом были рассмотрены в главе 7. Эти методы в основе своей связаны с психологическими установками и имеют своей непосредственной цельюсоздание пси­хологического климата, благоприятного для появления у клиента ощущения безопасности и уверенности во взаимоотношениях. Это необходимое вступление к важной задаче — посредством интер­претационных методов помочь клиенту обрести инсайты. В отли­чие от методов выстраивания взаимоотношений, которые опреде-ляют психологический климат консультаций, методы «пробуждения инсайтов» и «проработки», которым посвящена данная глава, в большей степени интеллектуальны и нагружены содержанием.

    Слово «интерпретация», как и множество других психотера­певтических терминов, понимается разными психотерапевта­ми по-разному. Например, приверженец так называемого клас­сического психоанализа отнес бы многие методы, описанные в предыдущей главе, именно к методам интерпретации. Замеча­ния, предназначенные для того, чтобы указать клиенту на сущ­ность его сопротивления, тоже могут считаться интерпретаци­ей. Мы упоминаем об этом для того, чтобы у читателя не созда­лось впечатление, будто бы под интерпретацией — в общем смысле слова — подразумеваются исключительно методы, рас­сматриваемые в данной главе.

    СУЩНОСТЬ ИНТЕРПРЕТАЦИИ

    Материал, который может быть интерпретирован для кли­ента, психологи обычно делят на две категории. Материал, от­носящийся к первой категории, обычно получен из внешних источников, в том числе таких, как результаты самых разнооб­разных тестов. Этот материал может быть представлен и разъ­яснен клиенту в терминах статистических построений или, в случае, например, проективных техник, в виде гипотез для даль­нейшего осмысления. Интерпретация таких объективных дан­ных будет обсуждаться в главе 10.

    Материал, относящийся ко второй категории, связан с ин-трапсихическими данными, выявленными входе консультаци­онного процесса. Интерпретация этого материала осуществля­ется для того, чтобы клиент лучше понял соотношения, связы­вающие между собой различные части его личного жизненного опыта, и для того, чтобы его чувства и действия стали осознан­ными.

    Определение интерпретации

    Интерпретация определяется как попытка консультанта дове­сти до сведения клиента некие смыслы. Консультант при этом каким-либо образом подразумевает то, что может или должен подумать клиент. Мы предпочитаем следующее определение, менее оценочное и директивное: интерпретация предполагает ознакомление клиента с гипотезами о внутренних связях или смысле схем его поведения в межличностных отношениях, осу­ществляемое для дальнейшего обдумывания клиентом. В таком понимании интерпретация предоставляет клиенту больше сво­боды в решении его проблем.

    Интерпретационные техники используются в большинстве «школ» психотерапии. Однако в недирективной или «клиент-центрированной» психотерапии эти методы обычно не привет­ствуются в том виде, в каком они сформулированы выше. Пси­хотерапевты этого направления стремятся свести применяемые ими методы, главным образом, к прояснению и отражению чувств. Приверженцы недирективного подхода считают, что интерпретация провоцирует сопротивление и возлагает на кон­сультанта слишком много терапевтической ответственности. Мы, впрочем, убеждены, что отражение чувств в большинстве случаев фактически представляет собой интерпретацию, хотя и мягкую, сдержанную. Ведь всякий раз, когда психотерапевт от­ражает чувства, он должен выбирать из материала, предостав­ленного ему клиентом. Отражаемые чувства представляют со­бой эмоционально окрашенные идеи, которые консультант счи­тает наиболее значимыми из всех, которые были высказаны клиентом. Следовательно, отражение чувств носит характер ин­терпретации — в том смысле, что имеют место суждения кон­сультанта о значимости материала. Консультант, прилагая дополнительные усилия для прояснения чувств, обычно при­вносит дополнительные смыслы, которые изначально не подразумевались клиентом. По этому поводу недирективные кон­сультанты заявляют, что не имеют интерпретационного уклона, так как стараются целиком и полностью оставаться в пределах смысловой системы координат клиента.

    Таким образом, можно считать, что существует непрерыв­ный диапазон, построенный на различии между отображени­ем чувств и интерпретацией, где, однако же, в значительной степени присутствует смесь того и другого, которую мы бы назвали «отражающей интерпретацией» (английское слово reflectation (reflection + interpretation). — Прим. перев.). Более того, представляется, что альтернативные варианты здесь сво­дятся не к отражению и интерпретации, как таковым, а к вопросу, какой тип и какой уровень этого интерпретационно-отражающего воздействия предпочитает применять тера­певт. Такое понятие непрерывного диапазона интерпрета-4 ционных методов ранее рассматривалось у Бордина [40] й] Кольера [66].                                                                            

    Процесс интерпретации в системе конструктов Келли

    Важное значение для исследования базовых процессов интер­претации имеют работы Джорджа Келли [165]. Келли считает, что интерпретируемый материал является личностным конструктом, который для человека служит чем-то вроде прогноза и который он использует при осмыслении событий своей жизни или прожитого опыта. Келли рассматривает интерпретацию как процесс, входе которого события прожитого опыта сравниваются с конструкта­ми и противопоставляются им. Для пояснения этого процесса Келли предлагает воспользоваться иллюстрацией «репертуарной решетки», приведенной на рис. 20.

    Относительно рис. 20 следует отметить, что конструкты здесь упорядочены по строкам, а события — по столбцам. В конеч­ном счете образуются четыре квадранта; квадрант слева вверху состоит из старых конструктов и старых событий; квадрант спра­ва вверху состоит из нового опыта применительно к старым кон­структам; квадрант внизу слева состоит из новых конструктов, рассматриваемых в терминологии старых событий; и наконец, в квадрант внизу справа входят новые события, интерпретируе­мые в свете новых идей или конструктов. Келли уверен, что ме­тоды интерпретации наиболее эффективны именно в этом, по-

    События

     (Ребенок в противо­поставлении мужчине)

    (Пассивность)

    (Конструкты)

    Старые конструкты

    Старые события

    Новые конструкты

    Старые события

    Старые конструкты

    Новые события

    Новые конструкты

    Новые события

    Рис. 20. Репертуарная решетка Келли. Адаптировано из работы Келли [166а, р. 28]

    следнем квадранте. Процесс интерпретации в системе Келли пред­полагает пять основных шагов.

    1. Семь базовых вопросов. Клиент делает обобщения относи­тельно себя самого, которыми пользуется как конструктами для предсказания событий в своей жизни и своего поведения. На­пример, у него может возникнуть ощущение своей неадекват­ности, которое приводит его к предсказанию неудачи при вы­полнении задач. Если какой-то конструкт не соотнесен с собы­тиями жизни, он лишен смысла. Келли [166, р. 2] предлагает семь базовых вопросов, с помощью которых терапевт может уточнить конструкт или жалобу клиента.

    1)  В чем трудность?

    2)  Когда она была впервые замечена?

    3)  При каких условиях она была впервые замечена?

    4) Что было в связи с этим сделано?

    5)  Какие изменения появились благодаря предпринятым усилиям или с течением времени?

    6)  При каких условиях это наиболее заметно?

    7)  При каких условиях это наименее заметно?

    В терминологии «репертуарной решетки» эти семь вопросов и составляют вертикальные столбцы на рис. 20.

    Перечисленные семь вопросов используются для того, что­бы получить от клиента высказывания о значимых событиях в его жизни. Эти и другие события затем могут быть схематиче­ски представлены столбцами в репертуарной решетке. Столб­цы, в свою очередь, соотносятся друг с другом посредством кон­структов, с которыми их связывают, чтобы придать им психо­логический смысл. Келли приводит следующий пример:

    «Допустим, мы впишем простой, в одно предложение, ответ на каждый из семи вопросов. Клиент говорит, что ощущает свою неадекватность — это его ответ на вопрос "трудности". Впервые он заметил это, когда учился в девятом классе — таков его ответ на второй вопрос. Далее, в том году его одноклассники начали ходить на свидания. Время от времени он находил утешение у своих учителей. Он все скептичней смотрел на возможности своей профессиональной карьеры. Коль скоро кто-то проявлял к нему осо­бое участие, дела шли не так уж плохо. Но как только ему приходилось дей­ствовать сугубо самостоятельно, сразу выяснялось, насколько же он в дей­ствительности неадекватен» [166, р. 3].

    2.  Соотносимые столбцы. Келли переходит к своему второму шагу интерпретации:

    «Получив исходные ответы на наши семь базовых вопросов, мы теперь располагаем материалом, который можем анализировать вместе с жало­бой; это значит, что в нашей репертуарной решетке мы имеем наряду со столбцом жалобы еще шесть столбцов и можем приступить к решению во­проса, какая связь существует между столбцами. В чем сходство и отличие между тем, что его одноклассники начали ходить на свидания, и тем, что он находил утешение у внимательных учителей? Какое может быть сходст­во и отличие между перспективами профессиональной карьеры и тем, что кто-то проявляет особое участие к нему? Как эти конструкты соотносятся с чувством неадекватности?» [166, р. 3].

    Следует отметить, что система сравнения различных собы­тий по Келли может включать в себя метод, который мы назва­ли «отражающей интерпретацией». Помещая высказывания клиента в те или иные столбцы, он тем самым помогает клиенту взглянуть на свои жалобы в разные моменты времени, то есть применяет метод смежного отражения.

    3. Уточнение конструктов. Третий шаг в системе Келли требу­ет, чтобы психотерапевт сосредоточился на конструктах, соотно­симых с событиями в жизни клиента. Этот процесс  дополняет решетку нарис. 20 по вертикальной оси. Келли рассматривает кон­структы как дихотомии, черно-белые оценки, относящиеся кжиз-ни, поскольку каждый поведенческий акт выражает одновремен­но утверждение и отрицание. Келли прибегает к такому примеру: «Время от времени он ищет утешения у своих учителей, и это вы­глядит совершенно иначе, нежели поведение ребенка, подбегаю­щего к матери, а гораздо больше похоже на исполнение роли муж­чины-партнера для своих сверстниц» [166,р. 3]. Здесь терапевт ис­пользует конструкт «испуганный ребенок в противопоставлении мужчине-партнеру», чтобы понять, как это связано с другими со­бытиями. Сформированием каждого дополнительного конструкта в решетку добавляется новая строка.

    4. Интерпретационное расширение. Четвертый шаг состоит в том, чтобы проанализировать столбцы в терминах конструктов строк. В такой системе отсчета интерпретация определяется как приложение идей или конструктов к новым событиям, то есть переход к правым квадрантам нарис. 20. В конце концов, когда клиент связывает между собой конструкты и события, новые конструкты распространяются на новые события. Келли иллю­стрирует этот процесс следующим образом:

    «Да, все это время мы говорили о пассивности, и я, конечно, понимал, что, когда я делаю то-то и то-то, это и есть та самая вещь, которую мы назы­ваем "пассивностью". Но знаете, вчера вечером я разговаривал со своими приятелями, и вот тут она стала видна, она стала очевидна, мой грех — пас­сивность! ... И не только в этом дело, но еще и в том, что "пассивность" — не просто термин для описания моего поведения; это именно то, что я, я сам, делаю. Это игра, в которую я всегда играю, в какие бы затруднения ни попал» [166, р. 11].

    5. Оценивание. Пятый шаг в системе Келли заключается в оценивании, которое подразумевает проверку конструктов по­средством использования их в качестве прогнозов:

    «Если они оказываются неудачными, человек должен вернуться к сво­ему левому нижнему квадранту и заново проанализировать события, кото­рые внесли в его жизнь хаос. Наш клиент после вспышки инсайта может обнаружить, что его представления о пассивности еще не указывают на последующие события с той определенностью, с которой должны бы были» [166, р. 12].

    Мы полагаем, что система интерпретации Келли заслуживает внимания в качестве процесса описания рабочих, гипотетичес­ких конструктов, относительно которых могут быть собраны факты и на основе которых могут быть выдвинуты и проверены про­гнозы. Мы полагаем, что системы репертуарной решетки Келли не обязательно придерживаться жестко, однако она может дать общую руководящую схему для психотерапевта в его терапевти­ческом путешествии с клиентом. Интересующийся читатель смо­жет найти полное описание системы конструктов Келли в его двух­томном труде [165]. Модель Келли вполне согласуется с нашей модельюличности, представленной в главе 2. Например, конст­рукты у Келли могут быть периферийными (те, которые можно изменить, не прибегая к серьезной модификации) или же ядер­ными (те, которые управляют у клиента процессами самоподдерж^ ки и оценки) [165, р. 565].

    Рациональный подход

    Характерной чертой интерпретационной фазы консультиро­вания и психотерапии является акцент на рациональных про­цессах. В рамках этой традиции Эллис разработал подход, ко­торый назвал «рациональной психотерапией» '.Мы уверены, что • данная система имеет ценность для определенных типов кли- , ентов, особенно для тех, кто отличается ясностью и гибкостью, мышления. Поскольку подход Эллиса имеет немалое значение для нашего обсуждения методов интерпретации, мы помещаем краткое изложение его взглядов.

    Рациональная психотерапия «основана на той посылке, что у человеческих существ эмоциональные расстройства, как пра­вило, возникают вследствие усвоения ими иррациональных и нелогичных мыслей, философских идей и установок»2. Психо­терапевт анализирует такие чувства клиента, как обида, гнев, страх, чувство вины, и показывает «что эти чувства обусловле­ны не событиями прошлого и не внешними ситуациями, а его нынешними иррациональными установками или алогичными страхами относительно этих событий или ситуаций» [ibid., p. 3]. У Эллиса, таким образом, «сами эмоции понимаются, в первую очередь, как определенная разновидность (искаженная, предвзя­тая разновидность) мыслей» [ibid., p. 3].

    Некоторые из основных алогичных идей и философских тези­сов, которые усвоены путем научения и в которые продолжают верить психологически неблагополучные люди в западной куль­туре, описаны Эллисом в цитируемом ниже отрывке. Мы приво­дим его целиком, чтобы читатель мог получить более полное пред­ставление о тех ценностях и идеях, которые Эллис предлагает в качестве замены в мышлении, которое зачастую расценивается как иррациональное. Мы также отсылаем читателя к обсужде­нию ценностей в главе 6 и к обсуждению семантики в главе 10 настоящего издания. Приведенная ниже выдержка служит ил­люстрацией к проблеме расширения возможностей клиента в сфе­ре ценностей и мировосприятия, с тем чтобы он нашел наиболее эффективные способы истолкования обстоятельств своей жиз­ни.

    «1. Представление о том, что взрослому человеку необходимы всеоб­щая любовь и одобрение, что бы он ни делал, вместо того, чтобы сосредо­точиться на самоуважении, на поисках одобрения только в необходимых случаях (например, для профессионального продвижения) или больше на том, чтобы любить, чем быть любимым.

    2.  Представление о том, что определенные действия неправильны, по­рочны, мерзки, и что люди, совершающие такие действия, заслуживают сурового наказания, вместо идеи, что определенные действия неадекват­ны или антисоциальны, и что люди, совершающие такие действия, неиз­менно глупы, невежественны или эмоционально ущербны.

    3.  Представление о том, что все ужасно, кошмарно, чудовищно, если что-то идет не так, как хотелось бы человеку, вместо идеи о том, что весь­ма прискорбно, если что-то идет не так, как хотелось бы человеку, и он, безусловно, обязан попытаться изменить или взять под свой контроль об­стоятельства, чтобы они стали для него более комфортными. Если изме­нение или контролирование неприятной ситуации невозможно, то луч­ше примириться с ее существованием и прекратить твердить себе, как все ужасно.

    4.  Представление о том, что несчастья человека в значительной мере обусловлены внешними причинами и навязаны ему окружающими людь­ми и событиями, вместо представления о том, что несчастья практически полностью обусловлены или питаются его отношением к окружающим обстоятельствам, а не окружающими обстоятельствами как таковыми.

    5. Представление о том, что когда что-то является или может стать опас­ным, устрашающим, то человек должен быть ужасно этим озабочен, вмес­то представления о том, что когда что-то является или может стать опасным, устрашающим, то человек должен взглянуть этому прямо в глаза и превратить в неопасное, а если последнее невозможно, то подумать о дру­гих вещах и прекратить твердить себе, в какой кошмарной ситуации он находится или может оказаться.

    6.  Представление о том, что жизненных трудностей легче избегать, чем бороться с ними и брать на себя ответственность, вместо представления о том, что так называемые легкие пути в конечном счете неизбежно оказы­ваются намного труднее, и что единственный способ решить трудные про­блемы — честно взяться за их решение.

    7.  Представление о том, что человек нуждается в ком-то или в чем-то, более сильном и значительном, нежели он сам, вместо представления о том, что обычно гораздо лучше стоять на собственных ногах, твердо веря в себя и свою способность справиться с трудными жизненными обстоятельствами.

    8.  Представление о том, что человек должен быть совершенно компе­тентным, адекватным, интеллигентным и преуспевшим во всех мыслимых аспектах, вместо представления о том, что человек должен просто делать, а не пытаться всегда делать хорошо, и ему следует относиться к себе, как к весьма несовершенному созданию, которому присущи общечеловеческая ограниченность и специфические слабости.

    9. Представление о том, что коль скоро на жизнь человека однажды силь­но повлияло что-либо, то оно теперь и будет влиять нескончаемо, вместо представления о том, что человек должен учиться на опыте прошлого, но не становиться его рабом.

    10. Представление о том, что для нашего существования жизненно важ­но то, что делают другие люди, и мы должны предпринимать титанические усилия, чтобы изменить их в желательном направлении, вместо представ­ления о том, что недостатки других людей по большей части суть их пробле­мы, и что нажим на них с целью изменить их обычно окажется наименее удачным способом помочь им измениться.

    11.  Представление о том, что личного счастья можно достичь инертно­стью и бездействием, вместо представления о том, что людям свойственно быть счастливыми, когда они активно и энергично погружаются в творче­ские занятия, или когда они посвящают себя служению другим людям или поднимаются над собой.

    12.  Представление о том, что человек практически не властен над свои­ми эмоциями, не в силах не испытывать определенные чувства, вместо представления о том, что человек приобретает колоссальный контроль над своими эмоциями, коль скоро решит работать над тем, чтобы их контро­лировать, и практиковаться в том, чтобы говорить самому себе правиль­ные слова» (Ellis. Rational Psychotherapy. P. 40—41).

    Эллис добавляет, что предназначение психотерапии состо­ит в чем-то большем, нежели изменение некоторых убежде­ний, но, по-видимому, не считает необходимым, в отличие от психоаналитиков, сосредотачиваться на событиях прошло­го, чтобы показать пациенту, каким образом он дошел до рас­стройства. Эллис, скорее, полагает, что после оказания ка­кой-то необходимой поддержки, «вентилирования чувств», основное внимание следует уделять атаке на иррациональ­ные убеждения клиента, демонстрации клиенту того факта, что он, продолжая в них верить, подкрепляет свой невроз. Затем клиента учат, как заново вербализовать и продумать эти идеи, чтобы превратить их в более логичные и полезные для себя. И наконец, психотерапевт поощряет клиента перейти к действиям, которые докажут валидность его вновь сформи­рованных и вновь обоснованных предпосылок относительно жизни.

    ИНТЕРПРЕТАЦИОННЫЙ ДИАПАЗОН

    В главе о методах выстраивания взаимоотношений большое внимание было уделено отражению чувств. Существуют и дру­гие психотерапевтические методы, которые можно поместить в круг интерпретационных методов между отражением чувств и собственно интерпретацией.

    Ключевая идея, лежащая в основе отражения чувств, состо­ит в том, что психотерапевт заходит не дальше, чем клиент уже зашел в своих вербализациях явным образом. Метод, заходящий лишь чуть-чуть дальше этого, называют «кларификацией» (про­яснением), то есть клиенту поясняется неявная составляющая того, что он сам сейчас сказал. Кларификация, таким образом, отражает для клиента те взаимосвязи или смыслы, которые под­разумеваются, неявно предполагаются за чувствами или идеями, присутствующими в высказываниях клиента.

    Третья точка в интерпретационном диапазоне обозначается термином «рефлектация» или «отражающая интерпретация», который мы уже упоминали. Этот метод заходит дальше прояс­нения, так как дополнительно используется материал, который, по мнению консультанта, находится вне сознания клиента. При­чем оба метода имеют дело с материалом, который присутству­ет неявно.

    Рефлектация требуетзнания психодинамики и таких механиз­мов, о которых клиент обычно не имеет представления. Приме­няя этот метод, консультант добавляет к отражению чувств ког­нитивные элементы. Это создает у клиента ощущение сильного продвижения к цели благодаря тому, что вербализуется материал, который клиент мог осознавать лишь смутно. Это аналогично вы­водке молодого бегового жеребца в паре с опытной лошадью. Кон­сультант опережает сознательные вербализации клиента настоль­ко, чтобы стимулировать дальней шее обдумывание, но все же недо такой степени, чтобы клиентбезнадежно отстал.

    Четвертую точку интерпретационного диапазона составляет метод под названием «конфронтация». В данном случае консуль­тант представляет вниманию клиента идеи и чувства, которые можно охарактеризовать как неявные и бессознательные. Приме­няя этот метод, консультант сталкивает клиента с его собствен­ными высказываниями, однако связывает прошлое с настоящим, указывает на черты сходства, на отличия и несоответствия, кото­рые не осознаны клиентом.

    И наконец, при глубокой интерпретации психотерапевт вво­дит новые понятия, указания на взаимосвязи и ассоциации, которые уходят своими корнями в прожитой опыт клиента, но представлены на довольно глубоком подсознательном уровне. Словно бы психотерапевт прививал черенки новых идей на до­статочно глубокие корни у клиента, предлагая ему новые на­правления роста, которые считает необходимыми для его пси­хологического созревания.

    Вот некоторые примеры перечисленных выше уровней ин­терпретации:

    Ют.: Сегодня ночью меня сильно встревожил окончившийся поллюци­ей сон, в котором мне снилась семилетняя девочка, отчасти похожая на мою младшую сестру, а отчасти — на мою дочку.

    Отражение: «И этот сон буквально нарушил ваше душевное равнове­сие».

    Кларификация: «Вас встревожили переживания, в которых проявились ваши эротические импульсы по отношению к сестре или дочери».

    Рефлектация: «Вы озабочены тем, что у вас могут быть такие же им­пульсы по отношению к дочери, какие были по отношению к сестре».

    Конфронтация: «Очевидно, у вас имеются сходные эротические импуль­сы в отношении дочери, какие, по вашим словам, появлялись по отноше­нию к младшей сестре».

    Интерпретация: «Теперь вы с большей свободой признаете свои прошлые и нынешние импульсы в отношении тех, кого любите, как бы вам ни было тревожно выражать чувства, так строго запрещенные в нашем обществе».

    Итоги обсуждения приводятся на рис. 21.

    МЕТОД

    1) ОТРАЖЕНИЕ

    Клиент достиг этой точки явно            I

    Консультант движется          I

    к той же самой точке

    2) КЛАРИФИКАЦИЯ

    Консультант движется

    к точке, которой клиент достиг

    неявно, но сознательно

    3) РЕФЛЕКТАЦИЯ

    Консультант движется к точке,

    которой клиент достиг неявно

    и при этом несколько неосознанно

    4) КОНФРОНТАЦИЯ

    Консультант движется к точке, которой клиент достиг неявно и бессознательно

    5) ГЛУБОКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ

    Психотерапевт (иногда консультант) движется на глубокие уровни, привнося новые идеи, имеющие, однако, корни в опыте клиента

    Рис. 21. Интерпретационный диапазон

    Далее развернуто обсуждается техника рефлектации. Ото-бразительная интерпретация имеет две основные формы, кото­рые называются ассоциативная и наводящая.

    Ассоциативная отражающая интерпретация

    В этом варианте отражающей интерпретации консультант предлагает гипотезу, которая устанавливает связь, указывает на ассоциацию между явными или неявными мыслями и чувства­ми клиента. Различают четыре основные формы ассоциаций.

    1.  По сходству. Консультант может объединять две идеи с похожим содержанием примерно так: «То, что вы сейчас го­ворите о своей жене, выглядит очень тесно связанным с теми чувствами по отношению к вашей матери, которые вы выра­жали несколько недель назад. Вы согласны, что это верно под­мечено?».

    2.  По контрасту. Консультант может выявлять ассоциацию между двумя несхожими вещами. Пример такой формы: «Из сказанного вами я понял, что ваши чувства поотношению котцу почти полностью противоположны вашим чувствам по отноше­нию к матери».

    3.  По смежности. Консультант может выявлять ассоциа­ции между вещами, смежными во времени или пространст­ве. Например: «Похоже, это ощущение напряженности по­является у вас всякий раз, когда вы входите в биологическую лабораторию».

    4.  По отдаленности. Консультант может выявлять ассоциа­ции между идеями или чувствами, разделенными во времени или пространстве. Например: «Кажется, поотношению к этому человеку вы испытываете многие из тех чувств, которые несколь­ко лет назад испытывали в сходных обстоятельствах по отноше­нию к своей матери».

    Во всех случаях ассоциативной отражающей интерпретации консультант может связывать друг с другом чувства или идеи, которые как-то проявлялись на предыдущих сеансах, и кото­рые имеют некое отношение к чувствам, выражаемым клиен­том в настоящий момент. Можно сказать, что тем самым кон­сультант преодолевает пространственную или временную раз­розненность мыслей и чувств клиента, чтобы сделать их более понятными, стимулировать тонкую их дифференциацию или же способствовать интеграции мыслей и чувств.

    Наводящая отражающая интерпретация

    Второй вариант отражающей интерпретации — наводящая интерпретация. В этом случае консультант намекает клиенту на определенные идеи и чувства, связанные с уже актуализирован­ным материалом. Подразумевается, что эти идеи и чувства «бес­сознательно представлены» в материале клиента, хотя и не верба­лизованы им сознательно. Посредством наводящей отобразитель-ной интерпретации существующие связи вербализуются. Приведем такой пример: «Вы, наверное, понимаете, что ваши враж­дебные чувства могут лежать в основе ваших социальных затруд­нений».

    Наводящая отражающая интерпретация отличается от соб­ственно интерпретации тем, что в беседу не привносится ниче­го нового — за исключением того, что «бессознательно», весьма и весьма неявно подразумевалось в высказываниях клиента. При собственно интерпретации вниманию клиента предлагаются гипотезы или смысловые параллели, которые консультант мо­жет как считать, так и не считать неявно представленными в материале клиента.

    Каррэн [75] употребляет термин «ответ-развилка» для опи­сания такой ситуации, когда, по мнению консультанта, важно объединить поверхностные проблемы, чтобы перейти на более глубокий уровень осмысления. Консультант подхватывает смутное ощущение клиента, что на самом деле проблема, воз­можно, выходит за рамки предлагаемых им в данный момент формулировок, и в своем ответе расширяет отражение чувств клиента так, чтобы включить в него ссылку на более глубокую проблему. Например, клиент долго расписывает свои академи­ческие трудности и несколько раз упоминает о проблемах с де­вушками, подразумевая нехватку информации в вопросах сек­са. Тогда консультант отвечает: «Учеба трудна для вас, и похо­же, дело осложняется из-за проблем с девушками. Как я понял, секс является частью ваших трудностей. Вы, наверное, чувст­вуете, что все это как-то взаимосвязано». Такой ответ предо­ставляет клиенту возможность поговорить о своих заботах на более глубоком эмоциональном уровне и служит прямым при­глашением перейти от темы академических трудностей клиен­та к его подспудным проблемам. Такой «ответ-развилка» явля­ется еще одним примером применения наводящей отражающей интерпретации.

    В наводящих отражающих интерпретациях можно выделить пять разновидностей.

    1. Задающая темп интерпретация. В этом случае консультант формулирует отражение таким образом, чтобы несколько уско­рить темп для клиента. Иными словами, консультант л ишь чуть-чуть опережает мышление клиента, однако именно в том на­правлении, в котором, как он считает, подсознательно движет­ся сам клиент. Вот пример:

    Кл.: О таких вещах трудно говорить.

    Коне: Они для вас болезненны (подразумевая, что развитие часто бывает болезненным).

    Кл.: Можно и так сказать — но все же я должен ими заниматься. Коне: Это болезненно, но вы ощущаете необходимость говорить об этом; однако, не находите ли вы, что это еще и приносит облегчение? И после того как вы поговорите о них, вы почувствуете себя лучше? (Ссыл­ка на клинический принцип.)

    Кл.: Да. Как только я выговорился, все это уже не выглядит таким ужасным.

    Коне: Это что-то вроде процесса внутреннего очищения.

    2. Селективная отражающая интерпретация. Применяя этот тип, консультант избирательно выделяет те чувства или идеи, выраженные клиентом, которые консультант считает терапев­тически значимыми, хотя клиент и не усматривал в этих чувст­вах или идеях подобных особенностей. Вот пример:

    Кл.: Просто я чувствую себя таким одиноким. У меня никого нет. Наверное, я просто слабак. Вам я ведь тоже не нравлюсь, правда?

    Коне: Вы не слишком высокого о себе мнения? (Связь с самооценкой.) Кл.: Да, не слишком-то. О, я не думаю, что я так  уж плох — во мне есть какие-то черты, которые меня устраивают.    

    Коне: Не все черно так беспросветно; встречаются оттенки серого?! (Отражает двойственное отношение клиента к самому себе.)            

    Здесь можно отметить, что материал, относящийся к пред-^ ставлениям клиента о самом себе, предложен ему напрямую.   J Следует ли консультанту выбирать для своего комментария! самые важные чувства, или же он должен отражать все, что было высказано? Хотя может оказаться желательным давать в позд­них беседах обобщающее отражение, ответы в первой беседе, по нашему мнению, должны быть короткими, поскольку кли­ент нуждается в том, чтобы облегчить свое бремя. Ту ценность, которую более полные отражения консультанта имеют для прояснения и для инсайтов, по всей видимости, будет перевешивать фрустрация из-за неудовлетворенных потребностей в эмоциональ­ном облегчении.

    3.  Интерпретация с помощью ярлыков. В данном случае кон­сультант использует некоторые из распространенных в психо­логии ярлыков, которые, возможно, помогут клиенту лучше понять ситуацию.

    Кл.: Кажется, я просто не в состоянии перейти к вещам, которые меня действительно беспокоят. Я все говорю и говорю о всяких пустяках, не имеющих значения.

    Коне: Давайте сегодня введем в оборот новое слово. Можете ли вы сказать, что у вас проявляется что-то вроде сопротивления по отношению к нашему общению?

    Кл.: Да, именно так.

    Одна из связанных с этим методом опасностей состоит в том, что разговор может стать слишком абстрактным и превратиться в обсуждение предметного указателя из учебника.

    4. Отражающая интерпретация нездоровых или несостоятель­ных психологических установок. Многие проблемы адаптации у нормальных людей связаны с их нездоровыми или несостоятель­ными психологическими установками, которые были приобре­тены в течение жизни. Иногда это явление принимает форму «законсервированного мышления», когда люди в своих убеж­дениях или на практике придерживаются определенных пред­посылок относительно поведения людей, некритически усво­енных ими от не искушенных в психологии окружающих. Бю-генталь усматривает и другие способы, как у клиентов при невротическом мышлении формируются нездоровые и несосто­ятельные установки. Многие из этих взглядов восходят к обще­культурным установкам, а не к личному опыту клиента. Бюген-таль приводит следующие примеры:

    «Что-то неправильно с человеком, который испытывает к противопо­ложному полу одновременно любовь и ненависть; вы должны быть преда­ны своей супруге, а если вас интересует кто-то еще, это значит, что вы вет­реник или сладострастник. Полное ребячество — желать того, что вы не можете получить. Если вы однажды отказались от какой-то привычки, у вас никогда не должно возникать желание снова вернуться к ней. Если че­ловек не старается достичь вершин во всем, что бы он ни делал, он — ло­дырь и неудачник. Легкий путь — уже ipso facto (лат. — в силу самого факта, по самой своей природе. — Прим. перев.) путь неправильный. Если вам приходится учиться, как находить общий язык с людьми, это неестественно. Нормальные люди (или другие люди) знают, зачем они что-либо делают, и хотят делать именно то, что делают. Если бы я только выбрал для себя пра­вильную область деятельности, я бы стремился много работать, и мне не приходилось бы себя заставлять» [45, р. 5].

    Консультант должен быть восприимчив к идеям, убеждени­ям или установкам наподобие тех, которые приведены в этой цитате, и указывать на их ошибочность с помощью отражения. Вот пример:

    Кл.: Я ненавижу своего отца. И этому нет никаких причин. Из-за этого я ужасно себя чувствую, ведь это грех — ненавидеть своего отца, тем более, если для этого нет никаких причин.

    Коне: Вы ощущаете, что человек просто не должен ненавидеть своих родителей, особенно, если для этого нет никаких причин? Кл.: Да, а вы так не думаете?

    Коне: Многие люди все-таки испытывают такие чувства; мы называем их амбивалентными чувствами — это смешанные чувства по отношению к одному и тому же человеку. Впрочем, как я понял, вам это кажется предосу­дительным.

    5. Юмористическая отражающая интерпретация. В этой раз­новидности интерпретации консультант прибегает к юмору, что­бы помочь клиенту веселее смотреть на вещи. Плач и смех вы­глядят братьями-близнецами. Примером служит замечание Ад-лая Стивенсона после проигрыша на выборах 1952 года: «Это слишком обидно, чтобы смеяться, и я слишком стар, чтобы пла­кать». Хотя психотерапия отнюдь не комедия, бывают момен­ты, когда толика юмора может способствовать процессу разви­тия. Юмор помогает клиенту обрести перспективу, помогает лучше переносить тревожность, которая нередко отнимает силы, необходимые для принятия решений.

    Кл.: Я ненавижу само это место, и всех, кто здесь есть; и вас в том чи­сле. Меня просто бесит уже одно то, как вы тут сидите и слушаете. Коне: Похоже, вы меня берете в двойной прицел. Кл.: Да уж, и пальну из обоих стволов.

    Коне: Ну, в принципе, сезон охоты на консультантов еще не открыт; а как, по-вашему, почему у вас такие ощущения?

    Юмор в этом примере подразумевает признание чувств кли­ента и помогает избежать возможного возникновения у него чувства вины. Консультант может также прибегать к юмору, что­бы смягчить или поместить в надлежащую перспективу сильные чувства клиента. Таким же образом можно вызвать и своего рода эффект «закупоривания».

    Следует упомянуть, что использование юмора в психотера­пии, хотя во многих случаях оно эффективно, должно быть весь­ма осторожным. Определенно не следует злоупотреблять юмо­ром, не следует и прибегать к нему в случае тревожных, страда­ющих комплексом вины клиентов. Вообще говоря, к юмору не следует прибегать до того, как взаимоотношения вполне уста­новятся.

    ТИПЫ ИНТЕРПРЕТАЦИИ

    Карл Меннингер [204] предлагает интересную схему для клас­сификации различных типов интерпретации сточки зрения до­стигнутой фазы психотерапии. Мы излагаем ее в соответствии с логикой нашей книги.

    1.  Подготовка к интерпретациям

    «После выявления некоторых связей, определенных аналогов для достаточно большого числа событий в жизни пациента... следующим шагом будет продолжение подготовки к реальной интерпретации» [204, р. 136].

    Можно сказать, что наша система применения методов от­ражения и отражающей интерпретации в начале беседы вполне с этим согласуется. Существенно, что методы отражения и ре-флектации рассматриваются как такие методы, которые помо­гают клиенту увидеть связи или аналогии в своей жизни.

    2.  Реальная (содержательная) интерпретация

    «Рано или поздно психотерапевт придет к такой ситуации, чтобы сказать что-то в духе: "Значит, такие вещи (такие казусы, такие переживания, такие защитные маневры, такие неудачи) случаются в вашей жизни постоянно; и похоже, именно с вами они случаются особенно часто. Вы, по всей видимости, имеете какое-то отношение ктому, что это происходит. Возмож­но, это не просто случается с вами, а вы фактически сами это делаете. Вы это делали много раз. Наверное, у вас есть для этого какая-то скрытая причина, причина, которая когда-то была действительной, но теперь перестала такой быть. И на это можно смотреть как на то, чтоделаетсвами судьба; но давайте посмотрим на то, что вы делаете с вашей судьбой!"» [204, р. 136-137].

    При этом Меннингер признает, что подобные интерпретации способны оказаться тяжким ударом для клиента. После некото­рых таких интерпретаций тот пытается оправдываться, «не уловить смысла», пуститься в теоретизирование, уклониться от темы, тянуть время.

    3.  Интерпретация сопротивления

    «Вместо того чтобы, так сказать, ткнуть клиента в это носом, терапевт приступает к интерпретации сопротивления. Он, в сущности, говорит: "Вы отказываетесь это понимать по совершенно определенным причинам". Во-первых, он указывает, что такое сопротивление существует; далее он указывает, как оно проявляется; затем указывает его прямое назначение (разумеется, если терапевт не знает, каково его прямое назначение, то для выяснения этого вопроса ему потребуется помощь пациента). В общем слу­чае таким назначением, конечно, будет уклонение от неприятных истин» [204, р. 137].

    4.  Интерпретация переноса

    «Она (реальная интерпретация) может и дальше подвергаться затума­ниванию в связи с различными проявлениями переноса и целями; пациент может подкупать, отвергать или соблазнять психоаналитика» [204, р. 137].

    Здесь можно видеть, что перенос, как мы уже указывали, яв­ляется формой сопротивления по отношению к реальной ин­терпретации, которая все еще слишком болезненна, чтобы ее можно было принять.

    5.  «Проработка» или повтор интерпретаций «Сопротивление нередко будет окутывать тем же самым туманом

    воспроизведение прежних паттернов, так что все, что было достигнуто кропотливыми усилиями, окажется словно бы забытым... Нам придется (снова и снова) все начинать сначала» [204, р. 138].

    «Такая необходимость в "проработке", в повторении психо­аналитиком интерпретаций до тех пор, пока они не будут усво­ены, соответствует проявлениям невроза в разнообразных ас­пектах или событиях жизни пациента. Его защитная система изол ирует эти события друг от друга, так что он не замечает объ-единяющей их тенденции. На языке некоторых ученых-теорети­ков "перенос" или "распространение эффекта" инсайтовсодной ситуации на другие при этом ограничивается или блокируется. По словам Фрейда, "нужно дать пациенту осознать свое сопро­тивление". Отсюда и необходимость повторять интерпретации одновременно с воспроизведением пациентом своего невротичес­кого поведения вразличных контекстах» [204, р. 138].

    Приведенные соображения подтверждают наше мнение о том, что сопротивление в беседе можно понимать как отраже­ние того стиля жизни или тех особенностей подхода к жизни, которые сформировались у клиента. Эту модель сопротивления обычно приходится многократно пояснять клиенту, прежде чем он начнет понимать ее значение.

    Если вспомнить наши рассуждения о различиях между кон­сультированием и психотерапией, то, как могзаметить читатель, консультант, осуществляя такое терапевтическое погружение в «реальные интерпретации», уже по определению превращается в психотерапевта. Он должен быть готов регулировать сопро­тивление и перенос и «прорабатывать» неизбежно возникаю­щие проблемы. Консультант обычно не стремится работать на таком глубоком уровне интерпретаций из-за ограничений, свя­занных со временем, особенностями его подготовки и опыта работы.

    ПРИМЕНЕНИЕ ИНТЕРПРЕТАЦИИ

    Хотя не существует универсально пригодных указаний отно­сительно интерпретаций, есть ряд общих правил, которые — при индивидуальной настройке и рассудительном применении их кон­сультантом — могут оказаться полезными на пути клиента к ин-сайтам. Изложенные далее рассуждения основаны по большей части на работах Фромма—Райхманна [118].

    Отбор материала для интерпретаций

    Содержание интерпретаций определяется конкретной ста­дией консультационного процесса. На первых сеансах может оказаться необходимым, чтобы консультант интерпретировал психологические установки клиента по отношению к консуль­тациям вообще, а также значение его сопротивления. Поначалу интерпретации общие и гипотетические, а главное их назначе­ние сводится к разъяснению клиенту сути процесса и к раскры­тию новых горизонтов для мышления клиента.

    Позднее интерпретации принимают вид разъяснений того, как формируются и работают защитные механизмы, связанные с не­осознанными побуждениями клиента. На этой, средней, стадии процесса консультант придает своим интерпретациям большую конкретность. В конце фазы «проработки» он дает интерпретации более общие и несколько неопределенные, что­бы побудить клиента самостоятельно заняться интерпретациями. Кроме того, консультант преследует цель снять имеющиеся вопросы, а не поднимать новые проблемы. Итак, интерпрета­ции к концу процесса появляются реже и становятся по своему характеру более общими.

    Выбор момента для интерпретаций

    Самые, возможно, важные соображения при применении метода интерпретаций связаны с вопросами времени. В общем случае интерпретации предлагаются достаточно осторожно и не раньше, чем консультант будет уверен, что клиент готов их вос­принять. Фрейд много раз подчеркивал, что интерпретации следует предлагать только тогда, когда клиент уже почти в состоя­нии сформулировать их сам.

    Консультанту разумней выдвигать собственные интерпре­тации или поощрять к ним клиента лишь после того, как он достигнет некоторой осведомленности о предметной области предполагаемой интерпретации. Иными словами, интерпре­тации в большинстве случаев не следует давать «вслепую». Бывают, впрочем, моменты, когда движение клиента можно ускорить с помощью предварительно обдуманного «выстрела в темноту», однако такой способ приходится считать крайне рискованным.

    Как правило, на ранних стадиях консультирования доми­нирует отражение чувств, со временем дополняемое пробны­ми отражающими интерпретациями. На поздних стадиях, когда необходимо закрепить инсайты, становится уместной собст­венно интерпретация. На рис. 22 приведена зависимость ме­тодов от времени, прошедшего с начала консультационного процесса.

    Рис. 22. График интерпретаций

    Интерпретации обычно приберегаются для поздних сеансов, когда отношения уже вполне"установились, и когда сопротив­ление клиента снижено. Интерпретации консультанта должны подтверждаться информацией, собранной на предыдущих се­ансах. Благодаря этому у клиента создается впечатление, что с ним обращаются как с неповторимой индивидуальностью, не в соответствии с какой-то общей схемой. Клиент справедливо может подумать, что консультант «зарывается», если тот приво­дит свои объяснения, не опираясь на достаточное количество подтверждающих их свидетельств.

    В общем случае консультант не должен выдвигать интер­претации, если не имеет развернутого представления о лич­ности клиента и не располагает точными оценками в отно­шении возможных патологий. Клиент должен находиться в состоянии, которое позволит ему справиться с дополнитель­ной тревогой, неизбежно появляющейся из-за интерпрета­ций. Иначе говоря, клиент должен быть достаточно подго­товлен, чтобы не пойти по пути регресса или возникновения новых симптомов.

    Следует подчеркнуть, что во многих случаях интерпретация будет уместной, так как страх клиента вытесняет угрожающие эмоциональные взаимосвязи за пределы сознания. Для консуль­танта приступать к интерпретации, не оценив готовность кли­ента и его способность справиться с последствиями интерпре­тации, означает рисковать тем, что дамбы, предохраняющие психическую систему клиента, будут прорваны, и клиента зато­пит по-настоящему опасная тревожность.

                Консультант будет чаще выдвигать интерпретации в начале беседы, чтобы располагать достаточным временем для прора­ботки реакций клиента. Особенно это целесообразно в случаях глубоких или потенциально опасных интерпретаций. Если та­кие интерпретации предлагать в конце беседы, в перерыве между консультациями клиентом может овладеть паника, или у него возникнет сопротивление по отношению к соответствующей теме на следующих беседах, так что в итоге все это окажется шагом назад, а не вперед.

    Бывают случаи, когда интерпретации уместней выдвигать бли­же к концу беседы, если, например, нужно тщательно подгото­вить клиента к интерпретации и собрать текущую  документацию для ее подтверждения. Возможны также ситуации, когда консультант предпочитает высказать интерпретацию в форме предполо­жения в конце беседы, чтобы стимулировать мышление клиента в перерыве между сеансами.

    Впрочем, когда консультант выдвигает интерпретацию, не­обходимо, чтобы она была тщательно обдумана клиентом. На это уходит время. В этой связи полезной техникой является пред­ложение клиенту описать свою проблему, с тем чтобы он смог затем отступить назад и окинуть ее свежим взглядом. Напри­мер, клиент только что сделал развернутое описание своих се­мейных проблем. Консультант отвечает: «А теперь, когда вы рассказали о своих чувствах по отношению к вашим родителям, поясните, что, по вашему мнению, все это означает. В чем тут дело, как вам кажется?».

    Самой большой опасностью для консультанта, применяю­щего этот важный терапевтический метод, является выдвиже­ние интерпретации, которая все еще слишком болезненна или даже непереносима для клиента. Клиент может быть ввергнут в паническое состояние или даже спровоцирован на суицидаль­ные действия, если ему навязывают интерпретацию, к кото­рой он еще не готов. Консультант должен быть способен по­чувствовать, когда у клиента будет достаточно силы «эго», что­бы воспринять и конструктивно усвоить новые идеи. Чем шире кругозор консультанта, и чем лучше его знакомство с психо­патологией и психодинамикой человека, чем лучше он знает и понимает своего клиента, тем лучше он подготовлен к тому, что­бы применять интерпретационные методы своевременно.

    Авторитетная интерпретация

    Хотя изложенные в этой главе принципы интерпретации предполагают ее гипотетический и пробный характер, бывают определенные моменты, когда гипотетическая интерпретация имеет мало веса. В таких случаях прямая авторитетная интер­претация способна, по словам Волберга [323, р. 442], «изменить баланс между вытесненным и вытесняющей силой». Даже если клиент отрицает суть авторитетной интерпретации, он может после позднейшей проработки признать ее справедливость. Тот факт, что клиент горячо отрицает авторитетную интерпретацию, нередко является признаком того, что он сознает ее валидность. Следующая цитата [323, р. 443] иллюстрирует эту разновидность интерпретации:

    Коне: Распространяется ли этот ваш страх оказаться критиканкой еще на каких-то людей? {Выявление невротического паттерна.)

    Кл.: Не на всех.

    Коне: Как насчет меня? {Попытка выяснить, распространяются ли ее критические чувства на меня.)

    Кл. (пауза, слезы на глазах): Это так глупо. Я боюсь, что вы сочтете меня глупой (плачет). {Факт появления такой эмоциональной реакции может указывать на наличие переноса.)

    Коне: Вы боитесь оказаться критиканкой по отношению ко мне. {Авторитетная интерпретация ее реакции на выражение критики по отноше­нию ко мне.)

    Кл. (сквозь рыдания): Вы сказали несколько таких вещей, которые задели мои чувства (плачет).

    По общему правилу, интерпретация предлагается тогда, ког­да клиент «готов» к ней. Тем не менее, могут возникать ситуа­ции, когда интерпретация, например, процитированного выше вида, выдвигается для своего рода «шокового» воздействия, что­бы придать мыслям клиента новое направление. Консультант в этом случае должен быть готов к сопротивлению, которое, надо полагать, не замедлит проявиться. Если интерпретация не при­нята сразу же, это не обязательно признак того, что она несвое­временна или неточна. Иногда клиент спустя много сеансов вспоминает какую-нибудь интерпретацию, которая заставила его серьезно задуматься об определенных вопросах, но которая в свое время вызвала у него лишь сопротивление.

    Критерии для оценки адекватности интерпретаций

    Как полагает Шафер [265], при использовании проектив­ных техник консультант, интерпретирующий результаты тес­тов, должен помнить о различии между обоснованностью и оп­рометчивостью. По нашему мнению, тот же самый принцип применим и к психотерапевтическим интерпретациям. Шафер рассматривает шесть критериев оценки адекватности тестовых интерпретаций, которые приводятся ниже. Эти критерии пред­ставлены в адаптированном для терапевтических интерпрета­ций виде.

    1. У интерпретации должно быть достаточно подтверждений. Обычно бывает нецелесообразно предлагать интерпретацию раньше, чем станет очевидной определенная тенденция в рас­суждениях клиента. Должны иметь место несколько высказываний, которые подтверждают гипотезу, лежащую в основе ин­терпретации. Например: «Вы к настоящему времени высказали несколько положений, которые подразумевают, что вы стараетесь что-то доказать. Не можетли быть так, что...».

    2.  Глубина интерпретации должна быть соответствующей. Под глубиной понимается степень соотнесения интерпрета­ции с предысторией клиента или степень раскрытия глубоко­го бессознательного материала системы ядра. Глубокие интер­претации обычно предлагаются во второй половине психоте­рапевтического процесса, когда накоплен достаточный материал, чтобы интерпретация была оправданной. Кроме того, взаимоот­ношения терапевта и клиента должны быть достаточно хорошо выстроены, чтобы избежать той психической травмы, которую может повлечь за собой глубокая интерпретация. Глубокие интер­претации обычно не предлагаются в консультационных взаимо­отношениях, однако являются важной частью глубокой психоте­рапии. Вот пример: «Ваши сны и те переживания, которое случа­лись у вас в прошлом, как и в самое недавнее вреьш — они наталкивают на мысль, что вы отказываетесь признать женст­венные аспекты своей личности».

    3. По мере возможности следует конкретно указываМь на прояв­ления интерпретируемой тенденции в поведении. Вряд ли целесооб­разно просто выдвигать интерпретацию, без подтвевкдений, ко­торые клиент мог бы обнаружить в собственном поведении. Когда консультант в состоянии указать клиенту на такие /видетельства, которые тот не может отрицать, гораздо больше шансов, что ва-лидность интерпретации станет для клиента очеви/ной. Чем глуб­же интерпретация, тем труднее ее предложить клиенту. Консультант легко может интерпретировать защитные тенденции  и в состоянии привести пациенту  множество примеров в подтверждении  этой проблемы. Однако интерпретировать поб} вы заметно труднее. Примером на ранних тического процесса может быть такое высказь в данной ситуации ведете свои дела с опрех стью — то есть вы загоняете себя в рамки дс писания. Вы согласны?». На поздних стадиях психотерапевтического процесса пример может быть таким: «Не видите ли вы связи между стремлением вашей матери  очень  рано приучить вас самостоятельно ходить в туалет и  вашей  нынешней склонностью  все делать «как положено» и быть сверхдобросовестным?».

    4.  Следует оценивать интенсивность интерпретируемой тенденции. Шафер [265] предлагает пятиступенчатую шкалу для оценки интенсивности интерпретаций консультанта: экс­тремальная (интенсивная); сильная (явная, заметная); уме­ренная; слабая (легкая); незаметная. Такая схема может по­казаться противоречащей предыдущим нашим утверждени­ям   о  том,   что   интерпретация   всегда  должна  быть гипотетической. Но всегда существует вопрос: «А насколько гипотетической?». Когда интерпретация подтверждается до­статочно надежными свидетельствами, психотерапевт, по-видимому, окажется нечестен сам с собой, если не выдвинет свою интерпретацию с определенной долей уверенности. Бо­лее того, консультант должен проводить различие между дан­ными, которые предполагают логическую интерпретацию, и собственными интуитивными чувствами, с которыми связан авторитетный характер интерпретации. Первый вариант вы­глядит более оправданным для ссылок на него в самой интер­претации. Вот пример: «Вы уже не раз упоминали о некоторых своих поступках по отношению к вашему отцу, свидетельст­вующих, что вы испытываете к нему сильную неприязнь, хотя вы не говорили о таких чувствах».

    5.  Интерпретируемой тенденции должно быть отведено кон­кретное место в соответствии с иерархической структурой лич­ности. Шафер различает «цепочечные» интерпретации и «иерар­хические». Первые предлагаются без стремления динамически связать их друг с другом, как можно видеть в следующем приме­ре: «Кажется, вы человек, который характеризуется высокой враждебностью. В то же самое время вы человек очень тревож­ный, и вы делаете много такого, что оказывается неэффектив­ным».

    При интерпретации иерархического типа стараются синте­зировать данные, получая хорошо известную клиническую схе­му, например: «Вы испытываете сильные чувства враждебности, от которых пытаетесь защитить себя с помощью навязчивой потребности сохранять близость к родному дому. Поскольку вы не в состоянии таким путем полноценно сдерживать свои враж­дебные чувства, они у вас выражаются через очевидную тревож­ность». Как указывает Шафер, приписывание данным места в иерархии предполагает в качестве отправной точки иерархичес-куютеориюличности, подобную той, что рассматривалась в главе 2.   Интерпретация тогда может начинаться с периферии и дви­гаться к центру или vice versa по следующему образцу:

    Побуждение (Бессознательное) Защита — Адаптация (Сознательное)

    Установки (Сознательное) Ценности — Самоидентификация

    (Концепция«Я»)

    6. Следует различать адаптивные и патологические аспекты интерпретируемой тенденции. Интерпретация должна подчер­кивать адаптивные достоинства, а не только патологические стороны тенденции клиента. Как указывает Шафер, одна и та же тенденция может иметь одновременно адаптивные и пато­логические аспекты. Вот примеры: «Из-за неспособности при­знать свою враждебность вы внешне выглядите мягким и доб­рым, но, с другой стороны, из-за этого вы не умеете настоять на своем и превращаетесь в святошу, что так злит окружающих», «Ваше стремление уклоняться от трудностей помогает вам куль­тивировать свой художественный дар, но, с другой стороны, из-за этого вы не доверяете окружающим».

    Общие методы интерпретации

    Гипотетический подход. Консультанты недирективного на­правления часто критикуют консультантов директивного на­правления, поскольку считают, что интерпретации у них дог­матические и не отличаются тонкостью. Это досадное заблуж­дение, ведь даже самый директивный консультант обычно выдвигает свои интерпретации в виде предположений, а не же­стких сентенций. Он не говорит, что «дело обстоит именно так», а, скорее, «кажется, дело обстоит так» или «похоже, так обстоит дело в вашем случае». Этот метод сходен с техникой «пробного анализа» у Робинсона [246], в которой консультант предлагает свежий подход к проблеме.

    Свободные ассоциации. Важно, особенно на ранних стадиях интерпретации, чтобы консультант оставался с клиентом, а не уходил слишком далеко вперед. Консультант не должен созда­вать впечатление, будто бы он частный сыщик, пытающийся украдкой наблюдать, ставить диагноз и влиять на клиента. Одна из главных его целей — помочь клиенту самому сформулиро­вать интерпретацию. Достигается это в ходе процесса раскре­пощения мышления клиента, так что новые взаимосвязи становятсядля него очевидными. Раскрепощению способствует по­ощрение большей свободы ассоциаций у клиента. Например, консультант подсказывает клиенту: «Говорите все, что вам придет в голову», «Продолжайте, пожалуйста», «Не старайтесь быть по­следовательным и логичным», «Просто упомяните одну-две клю­чевых особенности», «Выскажите это, даже если это кажется вам слишком смутным и незначительным».

    Свободные ассоциации являются фундаментальной техникой психоанализа, которая была введена еще Фрейдом. Салливан, од­нако, отмечает, что «попытки рассказать пациентам, что означают свободные ассоциации, как и старания побудить пациентов за­няться ими, могут оказаться настоящей проблемой» [295, р. 83]. Согласно его рекомендациям, лучший способ решить проблему — продемонстрировать эту технику клиенту, добившись от него пото­ка ассоциаций по конкретному вопросу, который естественно воз­ник в ходе беседы, и накоторый клиент не знает ответа. Когда кон­сультант попросит клиента сделать ряд произвольных высказыва­ний в связи с данным вопросом, это зачастую становится убедительной демонстрацией рассматриваемого метода. Пример может быть таким:

    Коне: Похоже, вас затрудняет этот вопрос о значении того влияния, которое ваша мать оказала на вас. Допустим, вы попробуете произнести слово «мама», а потом будете в стремительном темпе говорить все слова, которые только придут вам в голову. Понимаете?

    Кл.: Вроде бы, да... Мать — приятная — мягкая — много делает — глупо — психи — дураки — да чтоб ее.

    Коне: Вас действительно обижает, что она так много вещей делала за вас, и все-таки вы ее любите?

    Такое раздробление и ассоциирование идей часто выявляет взаимосвязи, о которых клиент, возможно, не имел ни малей­шего представления. Когда свободные ассоциации затрагивают некие значимые аспекты, тогда консультант опять может уско­рить процессы реинтеграции, применяя несколько опережаю­щие интерпретации, скажем, в виде вопросов. Вот пример: «Итак, наш разговор навел вас на мысль, как похожи ваше преж­нее отношение к своим родителям и ваши чувства в данный момент?». Одна из целей консультанта состоит здесь в том, что­бы переходить к другим уровням мышления клиента, указывая на параллели и контрасты, как это описывалось нами в разделе о технике отражающей интерпретации.

    Кардинальная цель всех консультантов — помочь клиентам в осуществлении самоинтерпретаций. К инсайтам должен прихо­дить клиент, а не консультант.

    Карпман [162] разработал метод самоинтерпретации, который назвал «объективной психотерапией». В этом случае клиент дает консультанту предварительные данные о себе, на основании ко­торых консультант формулирует вопросы. С этими вопросами клиент уходит домой, чтобы написать ответы, включая в них про­читанный им материал. Когда клиент приходит снова, они с кон­сультантом обсуждают написанное и осуществляют его дальней­шую интерпретацию. На основе такого обсуждения формируется дополнительный набор вопросов. В определенные моменты про­цесса консультант дает клиенту интерпретационные меморанду­мы, к которым клиент делает письменные комментарии.

    Поскольку здесь используется так много письменного мате­риала, метод Карпмана, очевидно, предъявляет повышенные требования к клиенту в отношении его интеллекта, желания сотрудничать и настойчивости. Нами он рассматривается в каче­стве вспомогательного способа привлечь клиента к участию в ин­терпретационном процессе. Однако польза этого способа в ко­нечном счете будет зависеть от адекватности интерпретаций — как со стороны консультанта, так и со стороны клиента — и от профилактической оценки, не будет ли этот высокоинтеллек­туальный подход подкреплять интеллектуализированную защи­ту клиента.

    Формулировка интерпретаций. Формулировки являются важ­ным аспектом интерпретаций. Предполагается, что консультант должен подбирать для формулировок «мягкие» выражения, под­разумевающие гипотетичность, а не уверенность, например: возможно; не думаете ли вы; может быть; вы считаете; я подо­зреваю; не согласитесь ли вы; нельзя ли сказать, что... Такие тщательно подобранные слова способны минимизировать со­противление.

    Торн [303, р. 301] приводит еще несколько фраз, уместных в формулировках интерпретаций и предложений: «Не согласитесь ли вы с таким мнением...»; «И если это так, то...»; «Как вы отне­сетесь к...»; «Имеет смысл...»; «Вы считаете это единственным решением...»; «Как сказал однажды Бенджамин Франклин...».

    Лучшие интерпретации формулируются на основе собственных выражений и терминов клиента. Консультанту не обязательно в точности повторять слова клиента, однако он должен придержи­ваться такого же общего стиля и концептуального уровня.

    Торн [303, р. 302] приводит неприемлемые фразы, часто встре­чающиеся в критике сделанных интерпретаций: «По-моему, вы должны...»; «Единственное, что вам остается, это...»; «На вашем месте я бы...»; «Сейчас я расскажу вам, что вам делать...»; «Су­ществует только один способ сделать это...»; «Я хочу, чтобы вы сделали следующее...»; «Есть более эффективный способ это сделать...»; «Вы должны попытаться сделать...»; «Если вы этого не сделаете, сами потом будете жалеть...».

    Небезопасность консультанта и враждебность клиента. Ин­терпретации не должны осуществляться на основе проекций личного опыта консультанта. Не должен консультант и рассуж­дать так, что если «в одном из моих случаев это сработало, зна­чит, должно помочь и здесь». Если консультант ощущает в от­ношении какой-то интерпретации неуверенность, ему лучше обойтись без нее.

    Враждебность со стороны клиента встречается часто и не должна особо волновать консультанта или искушать его спорить с клиентом. Интерпретационные техники иногда провоцируют враждебность клиента, и сам тот факт, что такое чувство воз­никло, а данная интерпретация не была принята, служит цен­ной информацией для консультанта. Вероятно, лучше будет ос­тавить эту интерпретацию и вернуться к ней в другое, более под­ходящее время.

    Повторение. Повторение является важным принципом ин­терпретации. Поскольку полезные и валидные интерпретации могут наткнуться на сопротивление, для консультанта может оказаться необходимым повторять интерпретацию — в подхо­дящие моменты, в иной форме и с дополнительными подтверж­дениями. У клиента благодаря таким скоординированным уси­лиям нередко вырабатывается понимание, к которому он не смог бы прийти после одной интерпретации.

    Хотя повторение выступает важным принципом обучения, сле­дует отметить, что для консультанта предпочтительней проверять и перепроверять свои интерпретационные гипотезы, стараясь взве­сить доводы «за» и «против» них, а не просто раз за разом слепо навязывать их клиенту. Одним из лучших способов самопровер­ки в терапевтической работе является вопрос, способна ли вы­двинутая терапевтом гипотетическая модель психодинамики клиента объяснить не только саму интерпретацию, но и вызванное ею сопротивление.

    Интерпретационные вопросы. Интерпретации в большей степе­ни представляют собой интуитивные предположения, гипотезы, ос­нованные на наблюдении за поведением клиента, нежели деклара­тивные констатации фактов. Вопрос, таким образом, является наи­более общей формой интерпретации. Такие вопросы могут быть различными, от общих указаний типа: «Не могли бы вы разъяснить эту мысль несколько подробней?» и умеренно структурированных вопросов «Как вы это понимаете?», «И что это значит?», «Не хотите ли поговорить об этом?», «Какие чувства это вызывает у вас?» до высоко структурированн ых и нтерпретацион н ых вопросов ти па « Вы, стало быть, считаете, что ваше недоверие к мужчинам вызвано, воз­можно, тем, что ваш отец плохо с вами обращался?».

    Буало [38], предлагая особую технику вопросов, утверждает, что зачастую клиент каким-то своим поведением стремится удовле­творить определенную базовую потребность. Его образ действий, способ удовлетворения этой потребности может быть неподходя­щим. Проблема, таким образом, заключается не в самой потребно­сти, а, скорее, в образе действий. Буало рекомендует консультанту просто спрашивать о нем клиента: «Почему он не является пра-, вильным?». Это побуждает клиента проанализировать свое пове­дение, чтобы выявить коренную потребность. В типичном случае клиент вспоминает все социальные нравоучения, запрещающие подобное поведение. Вопрос, однако, подразумевает, что клиент, если уж ему так хочется, может и дальше использовать такой спо­соб «реализации». Тем не менее, продолжающиеся вопросы такого типа обычно приводят ктому, что клиент начинает оценивать, дей-ствительноли подобное поведение наилучшим образом соответст­вует его интересам и приносит ему преимущества. Главным недо­статком этой техники является риск вызвать сопротивление кли­ента. Приведенный ниже пример иллюстрирует метод Буало.

    Кл.: Просто я все время покупаю новую одежду.

    Коне: Почему это неправильно?

    Кл.: Ну, нельзя же тратить на это все свои деньги.

    Коне: Почему нет?

    Кл.: Потому что тогда денег не останется.

    Коне: И...

    Кл.: И помрешь с голоду!

    Коне: Вот как?

    Кл.: Я осознаю, что есть и другие потребности, которые мы должны удовлетворять, кроме потребности хорошо выглядеть.

    Еще один подход к применению техники вопросов в психотера­пии сводится к той идее, что терапия — это не столько искусство легко и быстро давать ответы, сколько искусство помочь клиенту научиться задавать себе правильные вопросы. Вот пример осново­полагающего вопроса, над которым должен честно задуматься каж­дый человек: «Не следуетли вам позаботиться и о себе?». Как пола­гают некоторые психотерапевты, особенно Роджерс [249], Снигг и Коумс [285], поддержание и совершенствование своего «я» являет­ся самой важной потребностью. Фромм [113] указывал, как важно осознать значение самоуважения и любви к себе. В главе 7 мы от­мечали, что, согласно нашему опыту, каждый клиент должен ре­шить базовую проблему любви к себе. Используя правильные на­водящие вопросы, консультант способен помочь клиенту, чтобы тот сам задал себе ряд основополагающих вопросов, ответы на ко­торые необходимы для признания самого себя и для здоровья лич­ности.

    Недостатки метода интерпретаций

    Хотя многое было написано о ценности интерпретации для выработки инсайтов, встречались также серьезные возражения и некоторые научные данные, указывающие на вред излишне интенсивного применения этой техники. Обычно отмечают, что интерпретация несет с собой угрозу, следовательно, возникает сопротивление, которое блокирует спонтанное обновление вос­приятия и понимания. Интерпретация может иметь и тот эф­фект, что стремление клиента к самоанализу будет подавлено. Например, как обнаружил, изучая записи бесед, Бергман [29], когда консультант осуществляет интерпретацию по просьбе кли­ента, в дальнейшем происходит значительный спад связанных с самоанализом реакций.

    Интерпретационная техника несет опасность преждевре­менного перевода проблемы клиента в излишне интеллекту­альную плоскость, тем самым способствуя злоупотреблению интерпретацией в качестве защитного механизма. Происходит это потому, что клиент ищет все возможные средства, чтобы предохранить себя от осознания своих чувств. Он не готов воз­ложить ответственность за контроль над своими чувствами на консультанта.

    Применение интерпретаций для усиления эмоциональной вовлеченности клиента

    Что касается другой стороны упомянутой выше полемики, следует подчеркнуть, что у многих консультантов, особенно не­директивного направления, имеется тенденция видеть в интер­претациях исключительно интеллектуальное содержание. Это неверно, поскольку многие консультанты и психотерапевты чрезвычайно эффективно применяют интерпретации для усиления именно эмоциональной вовлеченности клиента. Приме­рами служат такие высказывания:

    1.  Коне: Вы рассказывали мне о своих родных так, словно бы сами ос­тавались незаинтересованным наблюдателем; что вы чувствуете, когда общаетесь с ними?

    2. Коне: Вы несколько раз сбивались с хода мыслей, когда подходили к теме смерти своей матери; я подозреваю, что вы не решаетесь показать, насколько глубоко она до сих пор вас затрагивает.

    Реакции клиента на интерпретации

    Если отражение чувств выполнено аккуратно, оно обычно принимается клиентом. То есть критерий признания клиента в качестве указания на успешность отображения легок и удобен в применении. Однако в случае отражающей интерпретации и собственно интерпретации проблема оценивания становится более трудной. Реакции клиента на интерпретации и оценки этих реакций можно разделить на несколько видов.

    Признание. Клиент может, внешне признав интерпретацию, продолжать гнуть свою линию. Если был достигнут подлинный инсайт, клиент спонтанно обнаружит дополнительные под­тверждения его значимости. «Я тут вдруг понял, что...».

    Если имеет место только согласие с идеей, но нет признаков инсайта, можно предположить, что инсайт произошел у консуль-    < танта, но не у клиента. Консультант должен осторожно относиться   | к слишком легко «покупающемуся» клиенту, который, однако,    I выглядит сверхригидным в опробовании новых идей или чрез-    )■ мерно упрощает инсайт. Точно так же консультант должен осто­рожно относиться к зависимому клиенту, который с готовностью признает интерпретацию, чтобы сделать приятное консультанту.

    Кроме того, существуют клиенты, которых после недолгих трудов даже самые поверхностные инсайты приводят в такой восторг, что с ними происходит явление, ранее нами упомянутое под названием «полет к здоровью». Такие тенденции «полета к здоровью» обычно расцениваются как форма сопротивления, при которой психика выбрасывает набор симптомов, чтобы избежать болезненного обнажения своих тревожных областей в случае про­должения психотерапевтического анализа.

    Когда клиент с готовностью, без сопротивления принимает интерпретацию, возможно, что эта интерпретация не была не­обходимой. Вреда это, вероятно, не приносит, но для помощи клиенту излишне. Не исключено, впрочем, что вербализация таких интерпретаций поможет консультанту лучше сориенти­роваться в проблемах клиента.

    Индифферентность. Сопротивление клиента может принять форму легкомысленной шутливости или безразличия во всем, что только касается затронутого вопроса. Тем не менее, отсут­ствие немедленного признания со стороны клиента еще не оз­начает, что интерпретация ошибочна. За безразличием клиента может скрываться его внутренняя борьба с данной идеей, слу­жащая прелюдией к инсайту.

    Отвержение. Клиент может враждебно отреагировать на ин­терпретацию, не вербализуя этого и не проявляя свою агрессию. Он может сначала принять идеи, предложенные консультантом, а затем их отвергнуть. Иногда это временное отступление, сме-. няющееся новым и глубоким инсайтом. Некоторые клиенты проявляют сопротивление, возвращаясь к старым проблемам, подчеркивая отсутствие прогресса и, возможно, высказывая свое недовольство консультациями. В такой ситуации метод отраже­ния чувств снова становится полезным, помогая клиенту про­работать его временные регрессивные реакции на интерпрета­цию. Отвержение может служить для консультанта сигналом, предупреждающим, что затронута значимая тема; клиент еще не готов; данная интерпретация неуместна.

    Горячий протест. Клиент не принимает интерпретацию и выражает это посредством своего горячего протеста. Как отме­чалось во вступительном примере, тот факт, что клиент рас­страивается из-за интерпретации, может означать, что она вер­на или близка к тому. Как бы то ни было, консультант совер­шенно напрасно пытался бы продолжить свою линию в данное время и сданным клиентом, вдобавок рискуя поставить под удар взаимоотношения в целом.

    Методы поддержания напряжения

    Терапевты в целом согласны с тем, что наиболее трудной про­блемой является поддержание у клиента достаточного напря­жения, чтобы он продолжал проработку своих проблем. Просто обеспечить возможности для катарсиса и ничего больше зача­стую означает добиться лишь псевдоуспокоения, которое кли­ент принимает за признак того, что теперь все в порядке, и все цели психотерапии достигнуты. Таким образом, для примене­ния интерпретационных методов на стадии проработки требу­ется поддерживать оптимальный уровень тревожности, чтобы мотивировать у клиента продолжение его поисков. Как указы­вает Симондс, хотя цель психотерапии заключается в снятии тревожности и чувства вины, возбуждение тревожности пара­доксальным образом является необходимой составной частью процесса:

    «...Психотерапия не может иметь место, пока симптомы не транс­формируются в тревожность. Симптомы, в общем и целом, представ­ляют собой замену тревожности — они занимают место тревожности» [301, vol. II, р. 387].

    Процесс, таким образом, сводится к тому, чтобы временно возбудить тревожность в ожидании снятия симптомов; затем применяется терапия, состоящая в снижении этой тревожно­сти, чтобы человек смог прийти к своей новой адаптации без старых симптомов.

    Для создания у клиента напряженности применяется не­сколько методов. Консультант может:

    сосредоточиться на темах или симптомах, провоцирующих напряжение; задавать острые вопросы, затрагивающие болевые точки; выдвигать интерпретации установок или поведения; воспользоваться методом молчания консультанта, тем самым стиму­лируя вербализации клиента; уменьшить поддержку.

    Ингам [152, р. 93] предлагает еще несколько способов для того, чтобы провоцировать у клиента тревожность, когда это представляется терапевтически целесообразным. Вот некоторые примеры:

    разъяснить значение симптомов; уменьшить поддержку; предложить прекращение терапии; проинтерпретировать трансферентные чувства;

    выдвинуть провоцирующую новую интерпретацию;

    намекнуть, что клиент должен был бы добиться большего прогресса;

    перекрыть эмоциональные отдушины, например, сократив время на курение.

    Разумеется, эти средства следует применять с крайней осто­рожностью. Как и в медицине, слишком большая доза в небла­гоприятный момент способна убить пациента. Волберг указы­вает, что напряжению нельзя «позволять доходить до точки, в которой оно превысит регуляционные возможности человека, вызывая деструктивные или инфантильные реакции... В случае, если такая опасность возникнет, терапевт должен вмешаться, прибегнув к методам поддержки» [323, р. 178].

    Специальные приложения интерпретационных методов

    Диапазон терапевтической психологии, очерченный в главе 1, охватывает основные методы консультирования и психотерапии, однако не предполагает детального изучения таких специализи­рованных методов психотерапии, как толкование снов и гипно­терапия, или применение в сотрудничестве со специалистами ле­карств, таких как пентотал натрия (один из барбитуратов) или лизергиновая кислота. Студентам, специализирующимся в дол­говременной психотерапии, предстоит углубленное изучениеэтих методов.

    Сны, например, можно расценивать в качестве закодиро­ванных посланий от бессознательного. Чтобы эффективно интерпретировать сновидения, необходимы специальные зна­ния и подготовка. То же самое относится к гипнозу. В качест­ве введения в методы интерпретации сновидений рекоменду­ется прочесть книгу Фромма «Забытый язык». Информатив­ное введение в методы гипноза можно найти у Ле-Крона и Бордо («Ежедневный гипноз»). Плодотворным будет также об­ращение к работе Волберга («Гипноанализ»). Психолог, при­меняющий медикаментозную терапию, всегда работает в со­трудничестве со специалистом соответствующего профиля, и используемые ими процедуры выходят за рамки нашей кни­ги. Интересно отметить, что все большее число частнопрак­тикующих психологов применяют такую коллективную ме­дикаментозную помощь.

    ВЗАИМОСВЯЗЬ ИНТЕРПРЕТАЦИЙ С ТЕОРИЕЙ ЛИЧНОСТИ И ПРОЦЕССОМ В ЦЕЛОМ

    На ранних стадиях консультирования и психотерапии, когда выстраиваются отношения между клиентом и консультантом, кон­сультант выступает в менее директивной роли, он выражает с по­мощью отражения чувств и других методов свои установки приня­тия и бесконтрольности. Однако по ходу процесса клиент все глуб­же погружается в себя. На этих поздних стадиях процесса помощь консультанта клиенту сводится, главным образом, к методам от­ражающей интерпретации и собственно интерпретации.

    Обращаясь к модели личности, описанной нами в главе 2, мож­но отметить, что психотерапия заключается в том, чтобы помочь клиенту «забрать назад» значительную часть того материала, кото­рый его защитные системы спроецировали во внешний мир. Мно­гое изтого, что трактуется им как «Оно», находящееся внеличности, в действительности суть «Оно», находящееся внутри его системы «Я» и системы ядра, однако человек не в состоянии допустить такое признание. Иллюстрацией здесь служит рис. 23.

    Можно сказать, что на ранних стадиях терапии от клиента тре­буется, чтобы он ощутил и принял тот «Оно-материал», который в качестве «Я-материала» был им отвергнут. Чтобы облегчить этот шаг, консультант сначала применяет такую фразеологию метода отражения, как «вы чувствуете», «выдумаете» и тому подобное. Это помогает клиенту принять в свою эго-систему и систему «Я» тот материал, который ранее отвергался. После того как клиент воспримет этот материал в качестве части себя самого, он может снова отвергнуть его и сознательно отбросить, каклишенный лич­ностной ценности. Материал, таким образом, проделывает путь от «Оно» к «Я» и снова к «Оно»'.

    Еде один способ описать этот механизм — сказать, что психотера­пия заключается в перемещении патологически спроецированного материаласбессознательныхуровнейличности во внешний мир.Этот материал сначала рассматривается как внешний объект (спроециро­ванное «Оно»), затем как внутренний объект («Я») и, наконец, как внешний объект («Оно», исторгнутое во внешний мир и исчезнув­шее). Этот процесс иллюстрирует рис. 24. В переживании клиента этот процесс протекает следующим образом:

    Рис. 24. Интерпретация и цикл проекций

    1. Спроецированное «Оно»: «Я не имею сэтим ничего общего — это ко мне не относится... было бы ужасно почувствовать себя таким... не могу ли я действительно оказаться таким...?».

    2.  «Я»: «Боже мой, я действительно такой... это часть меня... это влияет на меня».

    3. Отвергнутое «Оно»: «Это все еще несколько влияет на меня... для меня это мало что значит».

    Эти теоретические соображения предполагают, что отражаю­щая интерпретация, а затем собственно интерпретация должны применяться в психотерапии, когда клиент переходит от фазы 2 к фазеЗ. Кольскороон оказался способен перейти от фазы 1 к фазе 2 и действительно воспринять свои проекции, ему далее нужно сознательно отвергнуть их или же так основательно встроить в своюличность, чтоони почти утратят субъективное значение. Как представляется, консультант может способствовать этому процес­су, предлагая интерпретации, в которых интернализованный кли­ентом материал снова рассматривается в качестве «Оно». Этот подход требует своевременности интерпретаций. Терапевт не дол­жен интерпретировать «Вы-материала» больше, чем эго-система и система «Я» клиента способны воспринять в качестве «Я-мате-риала». В дальнейших интерпретациях должен соблюдаться ба­ланс между «Вы» и «Оно». Затем консультант постепенно перехо­дит от «Вы» к «Оно», так чтобы клиент не получил психической травмы, узнавая, а затем отторгая от себя убийственные и мучи­тельные истины о себе самом.

    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

    Интерпретация является основным методом, применяемым консультантом на той фазе консультационного процесса, когда клиент осуществляет проработку, предшествующую инсайтам. Нередко методы отражения и интерпретации смешиваются меж­ду собой в различных соотношениях, и возникает метод, кото­рый мы называем отражающей интерпретацией. Главная цель интерпретационных методов состоит в том, чтобы улучшить самопонимание клиента и выработать у него способность к соб­ственным интерпретациям.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 24      Главы: <   10.  11.  12.  13.  14.  15.  16.  17.  18.  19.  20. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.